Автобиография Майкла Каррика «Между Линиями». Глава 7. «Проявить себя»: Часть 1

Глава 7: «Проявить себя»

Признаю, в моём желудке было больше, чем несколько бабочек, когда я впервые отправился в «квадрат» в Каррингтоне. Это упражнение было первым испытанием. Достаточно ли я техничен? Подойду ли им по темпераменту? Да, все клубы используют «квадрат» в тренировочном процессе, но я слышал об особых требованиях «Юнайтед». По сути это игра в собачку, но более интенсивная. От пяти до восьми игроков передают мяч друг другу в касание в то время, как двое парней в середине пытаются его перехватить. Если вы ударите по мячу, или хотя бы зацепите его, вы меняетесь местами с тем, кто допустил ошибку. «Квадраты» в «Юнайтед» были быстрыми, агрессивными и неумолимыми. Игроки «Юнайтед» привыкли соревноваться и бросать друг другу вызов, и это упражнение было частью сложившейся культуры. «Квадрат» развивает технику и умение работать на команду и отделяет серьёзных игроков от халявщиков. Кем же был я?

Первой проблемой, с которой я столкнулся, был вопрос в какой «квадрат» пойти: к молодёжи или к «старичкам»? В 25 лет я был вправе выбрать и тех, и других. Я сразу отправился к игрокам постарше, так как хотел быть ближе к сильнейшим и учиться у лучших. Я страстно желал быть похожим на них, и для меня «квадрат» с опытными партнёрами был словно сердце «Манчестер Юнайтед». Я бросил себе вызов. Ранее я встречался с несерьёзным отношением к этому упражнению, ребята просто катали мяч туда-сюда без особого рвения, отпуская шуточки. В такие моменты я отстранялся и думал: в чем смысл? Это отстой. Так мы ничему не научимся. Иногда ты мог просто бродить в центре, и кто-нибудь случайно попадал в тебя мячом. Я знал, что в «Юнайтед» будет иначе.

«Квадрат» со «старичками» был высочайшим стандартом и полностью управлялся самими ребятами, без участия тренеров. Сэр Алекс Фергюсон наблюдал за нами с расстояния в 20 метров, обращая внимание на все детали. Моими новыми партнёрами были Райан Гиггз, Пол Скоулз, Оле Гуннар Сульшер, Гари Невилл, Неманья Видич, Патрис Эвра и мой старый друг Рио Фердинанд. Луи Саа присоединится чуть позже, а когда я только начинал, там были Микаэль Сильвестр и Габби Хайнце. Правила вступления в этот эксклюзивный клуб были в основном продиктованы возрастом, но с годами его члены менялись. Сначала к нам присоединился Джи-Сун Пак, позднее Уэйн Руни в конце концов рискнул перейти к «старшим». Он очень огорчался, когда ребята прокидывали мяч ему между ног, и начинал стелиться в подкатах. Вы могли услышать возгласы и обернуться, чтобы увидеть, как он носится в середине, будто сумасшедший. Это Уазза. Через две минуты он будет смеяться над этим. Эта агрессия и решимость помогли ему стать великим.

Наш «квадрат» не собирался специально кого-то бесить. Скоулз действительно мог поддразнить, но он делал это неумышленно, он просто был настолько хорош. Он мог исполнить нечто возмутительное и просто хихикнуть про себя, не говоря ни слова. Когда я направлялся к «старичкам» в свой первый день, я услышал вопли: «Мы — Премьер-Лига!» — «Нет, мы!» — «А мы – Лига Чемпионов!» Рио бежал к «старичкам», крича: «Здесь чемпионы, здесь!» В тот момент, когда я подошёл к ним, Скоулз сильно запустил в меня мячом, так, как делает только он, с легкой улыбкой на лице, хорошенько проверяя меня, но в то же время весело проводя время. Эти «квадраты» были безжалостной средой. Рио рассказал мне, что после того, как он присоединился к клубу за 30 миллионов фунтов, Рой Кин отдал ему сильный пас, и Рио не смог его обработать. Сульшер тогда ранил его в самое сердце: «Черт побери! Сколько-сколько за него заплатили…?!» Рио — уверенный в себе парень, но это его зацепило. Эта острая насмешка предупредила каждого игрока, что он должен соответствовать уровню. «Квадрат» может показаться простым упражнением, просто разминкой, но в то же время это квинтэссенция культуры в команде. Мне быстро стало ясно, что игроки «Манчестер Юнайтед» гордятся собой и любят бросать друг другу вызов. Здесь нужно наслаждаться футболом, придерживаться высоких стандартов и быть сильным, чтобы делать это каждый день. Нужно быть голодным до успеха, чтобы попасть к «старичкам» в чемпионский «квадрат», чтобы влиться в команду, выигрывать матчи и завоёвывать трофеи. А потом делать это снова и снова.

Когда кто-то попадал в середину дважды подряд, со всех сторон доносилось: «О, он снова в игре! У него абонемент!» Это безобидно, но всё равно задевало меня за живое, и мне совершенно не хотелось снова оказаться внутри «квадрата». Скоулзи был беспощаден, он время от времени поколачивал меня мячом. Он мог направить мяч на уровне груди, и мне пришлось бы с этим справиться. У нас не было права на ошибку, мне это нравилось, помогало держать концентрацию. Гиггзи любил смотреть тебе в глаза, чтобы обмануть, в то время как Рио просто отвлекал своей болтовнёй, а ещё — я клянусь, у Чжи Суна было три ноги, и он мог читать твои мысли. Чжи просто потрясающе отбирал мяч. Ты мог смотреть ему  в глаза или использовать двойной блеф, неважно, он будет ждать твой пас с широкой улыбкой на лице. В то же время Сульшер был молчаливым убийцей, он запускал в тебя бомбы и наблюдал, как ты с ними справишься.

Соревновательная натура игроков, собранных сэром Алексом, означала, что те, кто оказывался в середине, стелились в подкатах. Не поймите меня неправильно, мы не собирались разносить друг друга на кусочки, но каждый день это было словно «бум!» — от 10 до 15 минут интенсивной перепасовки, задающих тон для всей сессии.

Входя в «квадрат», я знал, что должен заслужить доверие ребят из «Юнайтед». Я должен был доказать, что у меня достаточно таланта и страсти к игре, чтобы быть с ними. Моё первое впечатление от новых товарищей по команде было: «Мы должны выиграть чемпионат в этом году. Что ты собираешься сделать, чтобы помочь нам?» Этот подход оставался со мной до самого последнего дня в «Юнайтед», вскоре я сам начал смотреть на каждого новичка, думая: «Достаточно ли он хорош? Что он может нам дать?»

Лично я хотел дать клубу всё, что мог, а затем стать лучше, чтобы давать ещё больше. Я так хотел присоединиться к «Манчестер Юнайтед», что совсем не форсировал обсуждение условий контракта. Я подозревал, что «Юнайтед» ждали, чтобы узнать, во сколько я им обойдусь. Чем выше была бы стоимость трансфера, тем легче было бы Дэвиду Гиллу сказать мне: «У нас нет денег, чтобы дать тебе столько, сколько ты хочешь». Я очень быстро согласился на переход, моя зарплата возросла по сравнению «Тоттенхэмом». Мы не получали еженедельные бонусы за победы в матчах лиги, потому что мы просто должны были выигрывать эти матчи, мы «Манчестер Юнайтед», в конце концов! В Лиге Чемпионов мы получали бонус за каждую победу в групповом этапе, но затем все изменилось, и мы стали получать бонусы только на стадии плей-офф. Примерно во время моего перехода я узнал об интервью BBC со моим тренером времён «Вест Хэма», Фрэнком Лэмпардом-старшим. Фрэнк сказал, что я «хороший, спокойный парень», которому придется «держать себя в тонусе, чтобы выйти на новый уровень, он оказался в очень требовательной среде». Я согласен, прятаться было негде, мне нельзя было расслабляться, успех в «Юнайтед» стал смыслом моей жизни. Позже я прочитал, что сэр Алекс описал меня как «застенчивого юношу, которому иногда нужна встряска». Я понимаю, о чём он. Я бы не сказал, что я был застенчивым, скорее просто тихим. В то время он мог приобрести любого игрока. Возможно, я не был его первым выбором, на самом деле это более чем вероятно. Сэр Алекс не требовал покупать ему лучшего игрока в мире на каждую позицию. Менеджеры и игроки всегда ценили меня больше, чем болельщики. Английские болельщики предпочитают, чтобы игрок терял мяч, а затем выгрызал его обратно, летел в подкат, бам! И вот мяч у тебя, а толпа в экстазе. Это бессмысленно. Подписание нового игрока всегда зависит от баланса в команде. Понимание этого баланса происходит от четкой философии того, как вы хотите играть, что вы цените и как вы видите игру.

Я знаю, что некоторые парни не справлялись с давлением игры за клуб с историей и амбициями, не говоря уже о размере, «Манчестер Юнайтед». Груз ожиданий ломал слабых. В «шпорах» я мог играть хорошо раз в три недели, и все сходили по мне с ума: «О, Майкл, ты хороший игрок». В «Тоттенхэме» мы могли сыграть не лучшим образом, и никто нас особо не критиковал. В «Юнайтед» поражения недопустимы. Я очень четко помню, что в тот первый день хотел донести партнёрам: «Вы можете доверять мне, я готов, я с вами».

Сэр Алекс рассказал мне об уровне ожиданий в «Юнайтед». Я приехал в Каррингтон заранее. Я остался с Лизой в отеле «Лоури», проснулся утром, вбил адрес в навигатор и выехал пораньше в свой первый день на новой работе. Я не имел права опаздывать. Я также подумал, что было бы легче войти в пустую раздевалку и видеть, как парни постепенно собираются. Я завтракал в столовой, когда вошел сэр Алекс, и я вскочил. «Зайди на пару слов в мой кабинет, сынок», — сказал он. Мы сели на диваны рядом с его столом в углу кабинета, что позволило насладиться великолепным видом на поля и парковку для игроков.

«Добро пожаловать, сынок, я рад, что все в порядке», — сказал он. «Тебе здесь понравится, это отличное место для работы. Парни великолепны. Продолжай усердно работать, и я уверен, что у тебя все получится».

«Знаешь, мы в «Манчестер Юнайтед» привыкли побеждать. Уровень ожиданий здесь отличается от того, к чему ты привык. Все смотрят на тебя по-разному, когда ты в «Манчестер Юнайтед», когда ты побеждаешь, как мы, и соответствуешь нашим стандартам. Все хотят обыграть тебя, все хотят откусить от тебя кусочек, все хотят тебя критиковать, все против тебя».

Я до сих пор не могу поверить, даже сейчас, насколько глупым был мой ответ на эмоциональную речь сэра Алекса. «Прямо как в "Челси"», — ляпнул я. «Челси» дважды подряд взяли чемпионство, и я думал, что все тоже хотели победить их. Сэр Алекс посмотрел на меня с ужасом: «Нет, сынок. Это «Манчестер Юнайтед»! Мы отличаемся от остальных».

Я подумал про себя: «Какого черта я только что это сказал? Что он думает обо мне сейчас? Отличное начало карьеры в «Юнайтед».

Приветствуя меня, сэр Алекс поделился мнением, что «джорди (geordie, название жителей региона Тайнсайд) неплохо раскрываются в других клубах», и назвал сэра Бобби Чарльтона и Брайана Робсона. Он был таким забавным, Босс, у него в голове возникла идея, и она застряла там навсегда. Кто-то из Ньюкасла где-то преуспел, и сэр Алекс сказал: «Хорошо, джорди неплохо проявляют себя вдали от дома». Меня не удивило, что такой дотошный менеджер детально изучил мой характер и поговорил с другими менеджерами, а также со своими игроками сборной Англии, и, возможно, он думал, что моя кровь джорди поможет мне адаптироваться в «Юнайтед».

Я завороженно слушал этого легендарного менеджера и подметил, как он всегда говорил «Манчестер Юнайтед», а не просто «Юнайтед» — всегда полное имя в знак уважения. У него была страсть и гордость за «Манчестер Юнайтед», не только за команду, но и за клуб, и не только за настоящее, но и за прошлое. Сэр Алекс всегда хотел, чтобы «Манчестер Юнайтед» всё делал с определённым шармом, и он старался изо всех сил узнать всех сотрудников, их семьи и происхождение. Великий человек, он заботился обо всех в «Манчестер Юнайтед», поэтому все работали с полной самоотдачей. Перед тем, как я покинул его офис в то первое утро, сэр Алекс спросил меня, какой номер я бы хотел.

— Честно говоря, я ещё об этом не думал.

— Шестнадцатый свободен. Хочешь его?

— Да, хорошо. Без проблем.

Номер Роя Кина был особенным, и другие новички могли бы спросить, какие ещё номера сейчас свободны.

— Ты уверен, сынок?

— Да.

Я знал о наследии и вызове, с которыми столкнусь, выбрав номер Кина. Позже я выяснил, что в глазах сэра Алекса я проявил «мужество» при футболки с цифрой 16, поскольку я мог быть суеверным в отношении связи этого номера с Роем. На самом деле, мое желание носить его было осознанным утверждением: «Я не боюсь». Я знал, неизбежно появятся вопросы. В течение моих первых месяцев в «Юнайтед», если я не играл хорошо, люди говорили: «Ах, он не Рой Кин». Каждый день в течение первых нескольких месяцев меня спрашивали: «Каково это — заменить Роя Кина?» Я все ещё получал этот вопрос каждую неделю после трех лет. «Ну, на самом деле это не проблема, я просто делаю свою работу, и всё», — отвечал я. Я пытался донести, что футболка — это всего лишь немного ткани, а не важная часть истории «Манчестер Юнайтед». Конечно, я знал, что 16 номер был большой проблемой, отчасти потому, что Кин ушёл в довольно ужасных обстоятельствах после критики игроков в интервью MUTV, которое, по-видимому, было слишком спорным, чтобы показать его. Тем не менее, то, что Рой Кин сделал для клуба, потрясающе, и его великое наследие до сих пор с нами. Он был неотъемлемой частью успеха «Манчестер Юнайтед». Я понимал фанатов, жаждущих нового Роя Кина, но вы никогда не сможете заменить такого игрока на кого-то похожего, вы делаете это иначе. Бест, Чарлтон, Кантона, Скоулз, Гиггз, Фердинанд, Невилл, Роналду, Руни — они уникальны, нельзя найти копию кого-то из них. Кин относится к этому же классу.

Легко сказать, что Кин был одним из лучших полузащитников Премьер-Лиги, хотя я не могу назвать его самым лучшим, лично для меня это — гениальный Скоулзи. Но Кин был где-то рядом. Я ценил его как противника, и все парни из «Юнайтед» говорили, что люди не обращают внимания, насколько силён был Кин в игре в пас. «Он был очень хорош в доставке мяча прямо в ноги нападающему», — сказал мне однажды Руни. Технику Кина упустили из виду, потому что он был очень агрессивным, и люди зациклились на этом. Его рычащая сила воли была у всех на виду, он так требовательно относился к своей команде. Рио рассказывал мне, как Кин однажды сделал ему выговор вскоре после перехода. «Пасуй вперед, рискуй! Теперь ты не в "Лидсе" или "Вест Хэме", ты в "Манчестер Юнайтед"». Наследие Кина сочеталось с высокими стандартами «Юнайтед», и я знал, что должен был справиться с ним, я не мог пасовать поперёк, я должен был идти вперед, быть смелым.



Все книги на carrick.ru

12 месяцев хостинга по цене 10!