Книга Хуана Маты «Внезапно стал футболистом». Глава 3. «Без спешки»: Часть 1

Глава 3: «Без спешки»

«Терпение горько, но плод его сладок».
Аристотель

Каждый раз, когда я посещаю какую-то школу, юные футболисты обращаются ко мне за советом (как будто я вообще имею право кому-то что-то советовать), и я всегда говорю им: «Сейчас у вас особый период, которым нужно наслаждаться. Не забывайте жить сегодняшним днем».

Они в том возрасте, когда футбол нужно рассматривать исключительно как источник наслаждения, и уж точно не стоит концентрироваться только на соревнованиях или победах.

Веселитесь, никуда не спешите, даже и не думайте о возможных переходах в топ-клубы или забивании кучи голов. Четко обозначенные цели на долгосрочное будущее ничем вам не помогут на столь раннем этапе карьеры, да и в дальнейшем тоже.

Есть более важные качества, которые необходимо развивать в себе, чтобы поддерживать здоровые отношения с близкими и друзьями: умение общаться, уважение и взаимная выручка. Личностное развитие намного важнее, чем голые амбиции, а уж тем более доведенные до крайности.

Это не пустые приятные слова, которые я говорю, чтобы показаться «правильным» парнем. Они — основа всего, во что я верю. Они работают и в футболе, и за его пределами. Если бы я в это не верил, то не писал бы об этом сейчас.

Именно этот совет я дал детям во время одного из мероприятий на «Ла Фазенда», где когда-то под внимательным взором Иньяки Артабе пяти или шестилетний я делал свои первые шаги в футболе. Иньяки дружил с моим отцом. Он очень хорошо разбирался в футболе. Когда летом 2015 года я вновь посетил «Ла Фазенда», чтобы получить титул почетного члена, я увидел множество улыбчивых ребят и вспомнил свое собственное детство.

Когда дети считали меня примером для подражания, я не только гордился этим, но и полностью осознавал свою ответственность. Я хотел помочь им понять, что терпение и упорство важны как в футболе, так и жизни в целом. Голы не забиваются по щелчку пальцев. Уж поверьте.

Конечно невозможно всегда наслаждаться своим дело, однако это не означает, что не стоит к этому стремиться. Делайте все, чтобы не утратить ту самую страсть, которую Висенте Дель Боске когда-то назвал «vicio» — vicio к мячу, vicio к игре, vicio к футболу. В английском ближайшим аналогом этому слову можно назвать «vice» (порок), хотя на самом деле тут скорее речь об «аппетите», «желании» (наслаждаться), «нужде» (быть с мячом).

Счастье vs облегчение

Анализируя свое прошлое я пришел к убеждению, что моё внутреннее «vicio» ко всем этим вещам сыграло важную роль в моём развитии, особенно «vicio» к получению удовольствия. Я настолько сильно люблю футбол.

В карьере игрока, профессионального игрока, причем абсолютно каждого, и меня в том числе, есть ожидания, из-за которых на смену удовольствию приходит чувство облегчения. Облегчение наступает в тех случаях, если ты «сыграл хорошо», «не проиграл», «победил», «выполнил возложенные на тебя задачи».

Несмотря на то, что победа или завоевание трофея приносит много счастья и удовольствия, основным чувством, которое возникает у игрока, выступающего за большой клуб с большими ожиданиями, является облегчение.

Лейтмотив речи Йохана Круиффа в преддверии финала Кубка чемпионов на «Уэмбли» 1992 года заключался в простой фразе: «Выходите на поле, чтобы получить удовольствие». Именно в этом, казалось бы, и должна заключаться вся суть футбола, но, к сожалению, удовольствие не всегда поставлено во главе угла.

Практически после каждой игры я обмениваюсь впечатлениями со своим другом Давидом Ломбаном, который сейчас выступает за «Малагу». Мы спрашиваем друг друга о том, доставила ли игра удовольствие. В моем случае ответ не всегда положительный. Порой просто непонятно, как вообще можно «получать удовольствие» от игры, когда столько всего на кону? Это очень и очень трудно.

Мне сразу вспоминается ещё один мой хороший друг — Андер Эррера, в особенности наш разговор перед одним из матчей. Андер был в ужасе, и ему это совершенно не нравилось. На самом деле отсутствие напряжения в таких условиях говорило бы о каких-то расстройствах. Если даже великий Касильяс чертовски переживает перед игрой, то что уж говорить о Ломбане, Андере или мне? У каждого игрока есть свой способ с этим справиться.

Андер рассказывал мне, что во время выступлений за «Атлетик Бильбао» перед матчами он пританцовывал в раздевалке и шутил, чтобы хоть как-то справиться с давлением. Кто-то включает громкую музыку — на «Олд Траффорд» Эшли Янг является нашим главным «эм-си», — кто-то прячется в свой личный мыльный пузырь (обычно ограждая себя от окружающего мира наушниками или играми на телефоне). Да, именно играми на телефоне, настолько изменилась жизнь теперь. Эх!

У каждого из нас есть свой способ «подготовить мозги» к игре. У меня всегда лучше всего получалось трансформировать напряжение в позитивную энергию. Андер Эррера называет это лучшим способом сделать вещи чуточку менее плохими. Мы наверняка лишены той свободы играть, которая есть у ребят, гоняющих мяч после школы. И всё же, если бы я утратил страсть к футболу или же умение получать от неё удовольствие, я бы вряд ли оказался в тех потрясающих местах, связанных с футболом, и они явно настолько не покорили бы меня.

Мне очень повезло: на меня не давили и меня никуда не подгоняли. Во многом за это стоит благодарить моих родителей, которые всегда призывали меня получать удовольствие от своего дела. И я это и делал, не ощущая бремени нереалистичных ожиданий и высокой ответственности. В футболе меня никто не подгонял.

Хотя я с самого детства мечтал стать профессиональным футболистом, так же, как и другие ребята в моем возрасте, никто в моей семье не пытался заставлять меня насильно заниматься футболом.

Мечтая о Ла Лиге

На меня также ни коим образом не давил тот факт, что мой отец был профессиональным футболистом. Хочу вам сказать то, что никогда никому не говорил: возможность дебютировать за команду из высшего футбольного дивизиона была для меня не только вдохновляющим стимулом, а и неким вызовом своей семье.

Почему? Всё просто: мой отец дважды пробивался во второй дивизион со своими командами — «Реал Бургос» и «Саламанка», — но никогда не выступал в команде из Ла Лиги. Так уж получилось, что он покидал команды как раз перед тем, как они выходили в элиту. Успех моего отца стимулировал меня добиваться большего, но при этом он не давил на меня. Когда отец ещё был профессиональным игроком, я ходил вместе с ним на тренировки и поддерживал на матчах. Я навсегда запомню этот опыт.

Самое раннее моё воспоминание, связанное с футболом, возвращает меня в наш старый дом в Саламанке. Когда мне было года три, мы с сестрой играли разнообразными мячиками, мягкими такими, которые дают собакам в качестве игрушек. Мама решила, что только такими мячиками мы не разгромим дом. Тогда я даже не представлял себе, что вообще такое «футбол», но моя левая нога уже была доминирующей. У меня была хорошая координация и моторика. Я был сыном футболиста, и это чувствовалось.

Уже в том возрасте я прочувствовал на себе влияние футбола. Когда я был маленьким, мы жили в Бургосе, Саламанке и Картахене — городах, в которых располагались клубы моего отца. Похоже я всю свою жизнь кочевал с места на место. Каждый профессиональный футболист даже не задумываясь воспринимает это как норму.

Как только мы переехали в Овьедо — мне было тогда пять или шесть лет, — я начал играть за одну из, что говорится, «правильных» команд, а именно ту, в которой был соответствующий уровень организации, тренеры контролировали нашу игру. Причем я получил статус официального члена даже несмотря на то, что был слишком мал для этого. Как я уже говорил, первой моей профессиональной базой стала «Ла Фазенда», огромный спортивный комплекс с открытыми «praos» — игровыми полями, точно как в Астурии. Именно с тех пор футбол стал не только игрой, хобби или страстью, но и способом общения с семьями на выходных.

Ребятишками мы играли на разных турнирах по всей стране. Когда матчи заканчивались, мы продолжали играть на поле, а все наши наши семьи собирались вместе в ресторанчиках под открытым небом. Мы просто не могли остановиться, ведь для нас это было просто фантастическое завершение недели. Мы дружили, и наши семьи дружили тоже. Футбол стал связующим звеном между нами и нашими родителями.

О нет... Снова воскресенье

Меня трудно было назвать звездным учеником колледжа «Хеста 1», моей начальной школы, но я был достаточно сознательным, чтобы не создавать слишком много проблем. И всё же поездки в Мадрид или Толедо в конце учебного семестра мне нравились куда больше самой учебы. В основном я получал четверки, а пятерки и тройки были редкими гостями. В те времена я больше всего ненавидел воскресенье, ведь именно в этот день мои родители и бабушка с дедушкой проверяли моё домашнее задание (в моей семье это было серьезным делом). День между футбольным матчем и началом очень длинной недели со школьными уроками по праву считался ужасным, согласны?

И все же в столь юном возрасте в обучении и открытии чего-то нового для меня было что-то сакральное. Такое отношение к знаниям привила мне моя семья, где никогда не стоял выбор между обучением и футболом. «Объединять одно с другим нужно ради твоего собственного блага» — всегда говорили мне. Мне всегда удавалось сочетать жизнь профессионального футболиста, причем на самом высшем уровне в данном виде спорта, с желанием узнавать что-то новое и развитием в других разнообразных сферах — музыке, чтении и путешествиях, благодаря чему я считаю себя всесторонне развитым человеком. Считаю, что тут многое зависит от человека. Например, я всегда просто был любопытным и чувствовал тягу к знаниям.

От «Ла Фазенда» до «Хувентуд Эстадио»

И даже в школе футбол был рядом со мной, ведь чем ещё можно заниматься во время перемены?

Однажды (мне было семь или восемь лет) мой отец пришел забрать меня со школы в компании мужчины с большими усами.

«Это Лауреано, твой новый тренер в „Хувентуд Эстадио“. Я сам когда-то играл за этот клуб вместе с ним!» — Сказал мне отец. После чего по вторникам и четвергам я начал ездить в «Эль Кристо», тренировочную базу.

Мы тренировались на грунтовом поле, которое должно было находиться в рамках зала, но на самом деле у этого помещения из четырех стен было только две. По субботам мы играли на деревянной поверхности «Полидепортиво Эль Кристо». Дальше мы играли на том, что должно было быть травой, но было простой грунтовкой с небольшим количеством зеленого покрова, который под бесконечными дождями Астурии всё равно превращался в грязь. Чтобы вы понимали, в среднем в Овьедо выпадает более 1 000 мм осадков, то есть даже больше, чем в Манчестере. Да, вы правильно прочли: больше.

Хотя порой там действительно было очень мокро, я наслаждался годами, проведенными в «Хувентуд Эстадио». Именно там меня зарегистрировали в RFEF (Королевской футбольной ассоциации Испании), и я впервые почувствовал вкус соревнований.

Я даже сыграл на нескольких турнирах за границей. Мой первый турнир за пределами Испании состоялся в Тарбе, что на юге Франции.

Всё там было новым и захватывающим. Мы провели там целую неделю со своими семьями. У меня до сих пор сохранились фото с той поездки. Помню всё, будто это было вчера. Мы играли на травяных лужайках, обильно политых дождями. Деревянные трибуны были полностью пропитаны влагой, а вместо ворот у нас были две стойки, вбитые в землю.

Но это абсолютно не было важно, ведь никто не волновался об этом. Мы были вместе, мы играли и обучались. Мы наслаждались этим временем.

В моей возрастной группе «Хувентуд Эстадио» имел очень достойную команду: Проси, Херман, Оскар, Санти, Давид, Рои, Иньяки, Хави. Хотя мы были юны, в нас уже были видны задатки, позволяющие стать профессиональными футболистами.

Мы могли обыграть абсолютно любого противника. Был один сезон, когда мы не уступили даже самому сильному своему противнику, «Спортинг Хихон» (В том матче мы победили со счетом 4-0, а мой отец был тренеров на один день. Он до сих пор мне это вспоминает).

У них был игрок, которого опасались все. Его звали Кристиан, и он забил 100 голов за сезон. Да, 100! Не мудрено, что он считался лучшим игроком региона, наряду с Френом, моим будущим партнером по «Реал Овьедо». В то время он играл за другую команду из Овьедо «Астур», которая была ещё одним сильным соперником для «Хувентуд Эстадио». Френу тоже удалось как-то за один сезон забить сто голов. Так что да, меня вряд ли можно было назвать «звездным» игроком своего поколения. Даже мой дорогой друг Проси, выделялся элегантными движениями и невероятно сильной левой ногой, играл куда лучше меня.

Вау... Серьезно? «Реал Овьедо»!

Я провел за «Хувентуд Эстадио» пять сезонов, а потом в возрасте 12 лет присоединился к «Реал Овьедо». Я сказал «присоединился», но в то время я чувствовал себя привилегированным, ведь это мне удалось заинтересовать «Реал Овьедо».

Они были большими парнями. Их футболки хотели носить все, и я с моими друзьями не исключение. В этот самый момент я тихо сказал себе: «Эй, а может я не такой уж и плохой игрок!»

Вся карьера игрока состоит из череды шагов вперед и шагов назад. И для меня это был огромный шаг в правильном направлении. Если честно, то мне казалось, что это был просто огромный шаг. Наконец я мог играть за одну из двух самых сильных команд Астурии. Второй был «Спортинг». У обоих клубов были одни из лучших академий в стране, а значит противостояние было ожесточенным на каждом уровне молодежки. Для меня, как болельщика «Реал Овьедо», оно было очень принципиальным.

Я перескочил сразу на новый уровень, причем не только в футбольном плане: в кругу друзей у меня появился авторитет, и они начали обращаться ко мне el Futbolista (футболист). Не только в футболе люди дают друг другу прозвище, и мое приклеилось ко мне не без причины. Даже сейчас, много лет спустя при встречах мои друзья называют меня «футболистом».

В школе ученики постарше хотели, чтобы я играл в их команде. Они даже просили мою сестру Паулу, которая старше меня на два года, передать мне их приглашение, ведь они считали меня классным. Хотя я тогда этого ещё не осознавал, игра с парнями постарше позволила мне улучшать свои игровые качества: так как они были сильнее меня, чтобы их обыграть, я должен был думать быстрее.

Нет смысла скромничать: я был очень хорош в том возрасте.

Мой отец считает, что моё умение читать игру позволяло выделять из толпы. Я на подсознательном уровне мог читать пространство и выбирать правильное направление движения, у меня было прекрасное первое касание и сильная левая нога.

Пока другие ребята привычно бежали за мячом, я пытался просчитать все варианты и выбрать лучший. Позже я понял, что я всегда старался продумать всё так, чтобы действовать быстро и правильно, когда получу мяч.

Возможно я не так влиял на игру, как мои партнеры, с легкостью на дриблинге обводящие соперников, но тренеры всегда выбирали меня, ведь они видели: я могу делать игру легкой.

В то время мой отец не говорил со мной о моих сильных качествах. Мои родители стремились рассуждать приземленно, чтобы освободить меня от чрезмерных ожиданий.

Я мог перебраться в Овьедо ещё раньше — в 9 или 10, а не 12, но они посчитали, что это слишком рано для моего развития как игрока. И вновь: без лишней спешки.

Они считали, что я выиграю от выступлений за более скромные клубы, играя в «настоящий футбол». И страдания на грязевых полях действительно пошли мне на пользу.

Мне приходилось играть на поверхностях, где нужно было приложить гораздо больше усилий, чтобы завоевать победу, чем даже не вспотев обыграть кого-то с «Овьедо» со счетом 20-0. Мне было очень трудно в самом начале, но в конечном счёте это пошло мне на пользу. Я благодарен своей семье за это.



Все книги на carrick.ru

12 месяцев хостинга по цене 10!