pub

Медленно, неверно: Руни — лучший бомбардир в истории «Юнайтед»

Сидеть и размышлять над вопросом: легенда — или нет? Ну, может ли быть что-то более бессмысленное и, тем не менее, вовлекающее болельщиков, народ, не упускающий возможности поспорить? И ведь все равно каждый будет, несмотря на какие угодно аргументы собеседника, опираться на картинки, отпечатавшиеся в памяти и чуть огрубевшие по углам с годами. И каждый за последние несколько дней с большим на то поводом оживлял перед своим мысленным взором события, связанные с одним из игроков клуба.

***

Семь лет назад паренек, тогда еще школьник, как это водится, обсуждает с друзьями, сгрудившимися в углу коридора на перемене, насущные вопросы. Кто-то затрагивает тему футбола, но так досконально как он, кажется, не разбирается никто. У некоторых знания ограничиваются игрой в ФИФА на приставке. «Ну, знаешь, — говорит паренек, обращаясь к одному из таких, — кто сейчас лучшие игроки в мире?». Тот интересуется, искренне или просто из вежливости. «Роналду, Месси, — паренек делает едва заметную паузу, подчеркивающую удовольствие, — и Руни, конечно». Собеседник, с видом серьезного аналитика, кивает.

На футбольных полях — первая половина сезона 2009/10. «Манчестер Юнайтед» покинули важнейшие для яркой атакующей игры, которую показывала команда два последних года, Тевес и Роналду. На радость всем сомневающимся игра не развалилась, и даже образовалась новая связка — Уэйн Руни, главный теперь нападающий, кладет мяч за мячом с передач новичка Валенсии.

Тот школьник, который теперь вырос, на прошедших выходных посмотрел привычно тяжелый для «Юнайтед» матч со «Стоком» на выезде, в котором был перейден долгожданный Рубикон — передача эстафетной палочки от сэра Бобби гораздо менее идеальному во всех отношениях Руни. Этот бывший школьник, хоть он и понимает, что в этом нет никакой большой истины, сидит и размышляет: кто же такой Уэйн Руни для его «Манчестер Юнайтед»? Для его — значит, и для него лично.

***

Игрок, который стал жертвой своей универсальности, так и не позволившей ему до дна осушить казавшийся бездонным колодец таланта. Долго восстанавливающийся и приходящий в форму после травм. Рано потерявший скорость и злость, казавшиеся неотъемлемыми его атрибутами в первые лет пять карьеры за «Юнайтед». Редко забивающий много голов за сезон. Совершающий ошибки на личном фронте, проваливающийся раз за разом со сборной Англии на крупных турнирах. Пытавшийся выбить у клуба контракт пожирнее, угрожая переходом к «голубым» соседям. Человек и игрок, полный недостатков.

Так почему же, несмотря на это, он кажется таким важным, таким неотъемлемым, таким своим в «Юнайтед» последних 12 лет? Скорее всего, вот ведь парадокс, именно из-за всего этого. Руни так и не ставший кем-то похожим на забронзовевшего в вечном праздновании бесконечных голов на нескончаемой волне успеха Роналду. Успехи и неудачи, травмы и возвращения, скандалы и подвиги в случае Руни равновесно и гармонично сочетаются друг с другом — как по-своему в любом обычном человеке. Он совершает ошибки, оступается — и тем не менее, вот он, здесь — на этом пьедестале почета, верхней строчке одновременно в списках лучших бомбардиров в истории клуба и игроков, находящихся здесь дольше всех. Побивший рекорды, медленным и не всегда поражающим воображение способом. И все-таки — побивший.

Отсутствие стабильности, присущей по настоящему легендарным величинам в мировом масштабе, и преданности, присущей легендарным величинам в масштабе клубном, как это ни удивительно делают его по итоговому счету самым стабильным и самым преданным в новейшей истории клуба. Стабильным и преданным — в своей неидеальности.

Руни по натуре — футболист, которому проще и комфортнее отталкиваться от партнеров, чем солировать самому, хотя и это у него отлично бы получалось. По сути, только в двух сезонах за свою долгую карьеру в красном он выступал главной атакующей мощью. Во всех остальных он неизменно реагировал, отыгрывал — и позиционно, и фактурно — на кого-то из партнеров по команде. Роналду, Тевес, Чичарито, Бербатов, ван Перси, в начале этого сезона — Ибрагимович. В той или иной степени. Мы пытаемся деконструировать и разобрать по косточкам всю подоплеку того, почему Руни не играл лучше и ярче, не забивал больше, не прессинговал выше. А можно было бы порассуждать о другом — ведь какое необычное качество для коренного нападающего — такое отсутствие эгоизма, пусть даже это качество и оказывалось порой мотивировано его собственными слабостями.

Ведь едва ли среди болельщиков найдется хоть кто-то, кто не костерил Руни на чем свет стоит, когда он заваливал очередной железобетонный момент своей медвежьей поступью, но уже через несколько матчей ворчливо приговаривал: «Еще хоть что-то может», когда свой, толстый и медленный Руни все-таки забивал или выдавал спринтерский рывок, прокидывая мяч мимо двоих по старой памяти.

И в этом ворчании, совместной жизни, полной, кажется, сплошных недостатков, как в долгом браке — вот ведь парадокс — и теплится где-то смутно то чувство теплоты с легким оттенком чего-то еще. Которое, вопреки всем провалам, бывший школьник, когда-то открывший для себя Руни в качестве главного бомбардира «Юнайтед», будет испытывать к нему всегда. К толстому, медленному, безумно талантливому игроку и лучшему бомбардиру своей команды.

О рекорде Уэйна Руни


Фото: Zimbio.com