pub

Рио Фердинанд: «В мой первый день в “Юнайтед” я услышал, как Сульшер с удивлением спрашивал: “Сколько-сколько? 30 миллионов? За что?!”»

Почему в детстве он ходил в балетный класс? Как дисквалификация из-за пропуска теста на наркотики в 2003 году повлияла на него? И почему Оле Гуннар Сульшер не особо радушно его принял в его первый день в «Манчестер Юнайтед»? Рио ответил на вопросы читателей FourFourTwo в феврале 2013 года.

Это правда, что в детстве вы были так хороши в балете, что заслужили стипендию Лондонской школы балета? Как это принимали ваши друзья в Пекхэме?

Don Berry, via Facebook

Да, правда. Сначала я не сказал моим друзьям, ведь они бы подтрунивали надо мной все время. Я сказал лишь, что записался в драмкружок. Признался же я через года два-три. Я был одним из них, поэтому в итоге все-таки решил быть предельно честным с ними. Я относился к этому очень серьезно. Для того чтобы добраться до класса, мне приходилось тратить два часа на дорогу три раза в неделю. Так было, пока в один прекрасный день мой отец не спросил, кем я хочу быть — танцором или футболистом. Я должен был принять решение, ведь обучение и дорога занимали очень много времени. К счастью, я выбрал футбол! Но балет благоприятно повлиял на мою карьеру, ведь благодаря ему я мог играть пластично, мощно и одновременно сбалансированно.

Легко ли в детстве вы могли влипнуть в неприятности? Футбол ли оградил вас от правонарушений?

Lukas Sans, Oslo

Мой папа убил бы меня за такие приключения. Так что я старался по минимуму находить на голову неприятности. А когда в возрасте где-то 13 лет я захотел стать футболистом, весь мой внутренний мир начал крутиться исключительно вокруг этого. Я слонялся у дома в ожидании автобуса на тренировку. Хотя и там некоторые ребята, с которыми я там занимался, могли сказать: «Не, я останусь и пропущу пару стаканчиков». В конечном счете именно благодаря моим целеустремленности и желанию стать футболистом я смог добиться желаемого.

Брат Энтон, кузены Лес и Кейн, вы — кто будет пятым в вашей мини-команде из пяти? Можете вспомнить еще одну футбольную семью, которая могла бы с вами потягаться?

Lisa Williamson, London

Думаю, что Невиллы: у них еще и сестра — спортсменка. А вот к Фердинандам мне пока некого добавить. Мои дети (два сына и дочь) пока еще маловаты, чтобы понять, нравится им футбол или нет. Но давить на них я не буду. Давайте пока остановимся на команде из четырех игроков.

После успешных выступлений в молодежке «Вест Хэма» вы провели четыре года в основной команде под руководством Харри Реднаппа. Ваше самое веселое совместное воспоминание? Можно ли сравнить его «фен» с «феном» Ферги?

Steven Ruffhead, via Facebook

Харри никогда не мог скрыть свою злость или расстройство из-за действий своих подопечных. Ему достаточно было просто выйти на поле в начале тренировки, и мы понимали: «Вот блин, ему сегодня не повезло на скачках или был какой-то неприятный звонок». Он только начинал злиться, но мы уже знали, что будет дальше. Всё было написано у него на лице. С Ферги всё было совершенно иначе. Нельзя было предсказать, что можно от него ждать в следующую секунду. А еще последнее слово он всегда предпочитал оставлять за собой. Причем это было такое уж очень мощное словцо! Харри отлично ко мне относился. Я в неоплатном долгу перед ним.

Вы с братом могли бы стать надежной оборонительной единицей? Вы когда-нибудь задумывались о воссоединении с ним и Харри Реднаппом в КПР?

Sam Greene, Oxford

Нет. Я хочу и дальше завоевывать трофеи, мне все еще нужен вызов. Все эти сентиментальные вещи в моем случае мимо кассы. Я никогда не играл вместе с Энтоном. Он на семь лет младше меня, так что все наши взаимодействия дома сводились к тому, что я его поколачивал и подтрунивал над ним в детстве. Но сейчас он уже большой парень. Люди забывают о том, какая у нас разница в возрасте. А все потому, что я неплохо сохранился!

Как-то Гленн Ходдл сказал, что перед своим увольнением он хотел использовать вас в сборной в схеме 3-5-2 в качестве либеро в стиле Маттиаса Заммера. Вам нравилась эта роль?

Tom Wales, via email

Да... Одним из моих наибольших разочарований стало увольнение Гленна. Я думаю, что команда смогла бы достичь большего, если бы он остался. Игроки любили его. Может, просто его идеи слишком уж опережали свое время. Гленн поощрял мои передвижения с мячом вперед, что было не по душе тренерам типа Свена. Мне всегда нравилось пободаться с игроками. Я всегда думал о том, что могло бы случиться, если Гленн бы остался. Кто знает, насколько могло измениться мое восприятие игры.

Это правда, что вы никогда не хотели уходить из «Вест Хэма»?

Olly Adkins, via email

Я никогда не подавал прошения о трансфере. Я люблю этот клуб, но все же для меня результат всегда был превыше всего. А в этом «молотобойцы» неровня «Юнайтед». В западном Лондоне я вырос и научился играть в футбол. В течение двух лет до моего ухода из клуба я неоднократно приходил к председателю «Вест Хэма» Теренсу Брауну с одним и тем же вопросом: «Мы собираемся тратить деньги на новых игроков?» У нас были молодые талантливые игроки, но я хотел, чтобы клуб купил несколько игроков топ-класса. Увы, моему желанию не суждено было сбыться. Конечно, тут есть множество «а если бы», но когда клуб принял предложение «Лидса», я уже знал: время пришло.

Я слышал, что Джон Монкур был самым большим психом с «Аптон Парк, когда вы играли за «молотобойцев»? Неужто хуже самого Ди Канио?

Ant Gibson, South Shields

О, он точно похуже будет. Монкс — самый веселый чудак футбольного мира, которого я знаю. Если мы проводили в клубе весь день, то он мог во время прогулок просто брать и запрыгивать в мусорные баки. Серьезно! С головой! Рыбкой! Как-то мы вместе ходили в ресторан TGI Fridays. Так он направился к барной стойке, а потом нырнул в ноги к бармену. Только он мог сначала проторчать с ребятами до позднего вечера, а потом сказать: «Я не знаю, как закончится мой следующий подобный поход, но сейчас я точно всё». И просто уходил домой. Уж он-то знал свой предел.

Когда «Лидс» заплатил за вас 18 млн фунтов стерлингов в 2000 году, вы стали самым дорогим защитником в мире. А потом был кошмарный дебют: ваша команда проигрывала «Лестеру» 3–0 всего через полчаса после начала игры! О чем вы тогда думали?

Gary Bass, Staines

«Что я, блин, наделал?» — вот что. Честно. «Я точно сделал правильный выбор?» Я думаю, что «Лестер» в тот день выиграл абсолютно заслуженно, а я оказался в полной заднице. Тренер Дэвид О’Лири использовал схему с тремя защитниками — мной, Вуди и Радебом. Но потом он изменил решение, и мы смогли многого добиться. Мне нравилось в «Лидсе». Отличная команда, великолепные болельщики и прекрасный подбор игроков. Мне повезло выступать в трех клубах, и в каждом из них мне очень нравилось. Тот «Лидс» был невероятно близок к триумфу в Премьер-Лиге и Лиге Чемпионов.

Что такое было у чемпионских составов «Манчестер Юнайтед», чего не хватало вашему «Лидсу»?

Kerry Simmons, Leeds

Опыт. Ни у кого в той команде не было опыта побед в больших турнирах, кроме Дэвида Бэтти. Не было у нас того самого чемпионского менталитета. Никто из нас даже близок не был к завоеванию титула, кроме Гари Макаллистера, но он уже доигрывал свое. Так что для всех нас всё это было ново. Если честно, мы были не способны вести клуб вперед. Мы просто не знали, каково это. Нам всем было от 19 до 25 лет, и вкуса жизни такого калибра мы еще не знавали. Из-за молодости наша концентрация порой оставляла желать лучшего. Когда же начинались трудности, например, появилась необходимость побеждать любой ценой, мы не смогли это сделать. У нас не было чемпионского менталитета. Я думаю, что проведи мы вместе хотя бы еще два года — он бы появился. И мы могли бы бороться с «Манчестер Юнайтед» на равных, но этого не случилось.

В какой момент выступлений в «Лидсе» вы поняли, что с финансами у клуба что-то совсем не в порядке? Были ли какие-то заметные признаки, например, необходимость самостоятельно стирать форму?

Brett Carpenter, Horsham

Ну, так плохо никогда не было. Перед Чемпионатом мира 2002 года кто-то сказал мне пару слов о ситуации в клубе. Я еще подумал: «Да нет, не может же всё быть так плохо». Но потом всё активнее стали распространяться слухи, и газеты начали сватать меня в «Манчестер Юнайтед». Приближенные к руководству сказали мне, что всё очень плачевно и им придется продать самых дорогих игроков.

Я знаю, что футболисты всегда говорят о том, что им неважна трансферная стоимость, но всё же. Статус первого защитника в мире, за переход которого заплатили 30 млн фунтов, давил на вас после перехода в «Манчестер Юнайтед»?

Scott Duncan, via Facebook

Не особо. Первая тренировка была самой нервной. Мы играли в «собачку», когда я услышал слова Оле Гуннара Сульшера: «Сколько? 30 миллионов? Серьезно?!» Я ожидал такого от Кино или Батти, но никак не от него. Это партнеры по команде всё-таки, и их хочется впечатлить. Но стоило ступить на поле, и всё иное теряло всякий смысл. Я никогда ни с кем не обсуждал стоимость своего трансфера, кроме журналистов разве что.

По телевизору показывали ваши розыгрыши во время ЧМ. Они были великолепны. Но вам потом не досталось от Руни или Крауча? Вы всё ещё любите ими заниматься? Пытались ли вы когда-то разыграть Ферги?

Steve Marsh, via Twitter

Я люблю розыгрыши, и при этом ребята никогда не пытались мне за них отомстить. Я слишком умен и изворотлив! Я рад, что их показали. Может быть, я когда-то еще повторю их, ведь так много людей просили меня об этом в твиттере и фейсбуке. Ферги? Не-а, а вот Ронни постоянно его разыгрывал. Он прятал его обувь и вещи. Ронни был его любимчиком, так что ему всё прощалось.

Как наказание ФА за пропуск теста на наркотики изменило вас как человека? Был ли это худший период в вашей карьере?

Josh Hanson, via Twitter

Если не такие моменты учат большей ответственности, тогда не знаю какие. Люди считают, что я пытался что-то утаить, но я же сдал все тесты, которые потом потребовались. И судья признал впоследствии, что я сумел доказать, что мой организм абсолютно чист. Эти тесты затянулись на месяцы. Всё это несомненно было следствием моей безответственности. Я не сдал тест вовремя, за что и был серьезно наказан. Восемь месяцев карьеры коту под хвост. Так что нетрудно назвать худший момент в моей карьере футболиста. А ещё люди пытались обвинить меня в наркомании. Меня больше всего расстраивало их мнение, что я был либо связан с наркотиками, либо пытался скрыть что-то другое.

Что вы почувствовали, когда впервые узнали о намерении ваших партнеров по сборной Англии бастовать против вашей дисквалификации?

Kerry Tia, via email

Мне было неудобно. Это был приятный жест, и всё же не поймите меня неправильно, но это была лично моя проблема. Я не хотел, чтобы кто-то приносил себя в жертву ради меня. В той команде были отличные ребята.

Рио, вам потребовалось три года, чтобы забить за нас, но я никогда не забуду тот победный гол в ворота «Ливерпуля» на последних минутах прямо перед «Стретфорд Энд». А какой гол в вашей карьере понравился вам больше всего?

Jeff Hale, Swindon

Тот же. Или другой гол в ворота того же «Ливерпуля». Я забивал на «Энфилде» и за «Лидс» тоже. Но победный гол против главного врага перед «Стретфорд Энд» — мечта, ставшая реальностью. «Рой из Роверс» в реальной жизни.

Кто из центрфорвардов был вашим самым трудным соперником?

Warren Bedil, via Twitter

Рауль, против которого я играл в Лиге Чемпионов. Мне всегда было трудно играть против соперников, действующих на расстоянии от меня. Его трудно ухватить или пнуть, приблизиться и то проблемно. Рауль всегда был впереди и избегал всех контактов. А любые попытки его подцепить заканчивались тем, что он от всего изворачивался. Рауль меня многому научил. [FourFourTwo: а как насчет Премьер-Лиги?] Бергкамп. Ещё один игрок, к которому невозможно приблизиться. Такие игроки подобны приведениям. Ему необязательно обыгрывать тебя лично, но проблем вашей команде от него меньше не станет.

Это правда, что после появления слухов о том, что вы встречались с исполнительным директором «Челси» Питером Кеньоном к вам в гости пожаловала группа агрессивно настроенных болельщиков «Юнайтед»?

Charles Davey, Bristol

Да. Одним прекрасным летним вечером в мою дверь постучали. Но на камере наблюдения я никого не заметил и подумал, что показалось. И всё же я спросил через дверь: «Кто там?». Дальше был короткий диалог: «Рио дома?» — «А кто спрашивает?» — «Попросите его выйти». Я понятия не имел, кто там, но я точно не думал, что там болельщики. Я подошел к двери, взяв с собой биту. Ещё чуть-чуть и я был готов выбежать из-за стены с криком «ааааа!», но вовремя заметил большую группу людей. Их лица скрывались под кепками и капюшонами. Я еще подумал: «Во влип, мне сейчас по самое не хочу выпишут». Я решил, что стоит прикинуться невменяемым. Потом один из них сказал: «Мы — “Юнайтед Бойз”». Подпиши, наконец, свой долбаный контракт«. На что я ответил, что переговоры насчет контракта начались за два месяца до этого, и у них не было причин волноваться. Я встретился со своим агентом, чтобы поболтать минут 30, и там же оказался Кеньон. Кто-то сделал наше фото, а потом началось веселье. Я уверил ребят, что, будь у меня желание уйти в другой клуб, я бы это не делал среди бела дня. К этому моменту один из моих соседей вызвал полицию. Стоило им услышать сирену, и их как ветром сдуло.

Вы были капитаном «Юнайтед» в финале Лиги Чемпионов в Москве 2008 года. Был ли это самый счастливый момент в вашей карьере? А каким был худший?

Gene Moss, Weston Super Mare

Да, и тех, и других хватало. Я выходил в полуфинал с «Лидсом», в четвертьфинал с «Юнайтед», но мне не верилось, что я когда-нибудь смогу победить в турнире. Когда же нам это удалось, эмоции накрыли меня. Когда я увидел свою семью и ребят, я чуть не расплакался. Но я подумал, что не могу позволить себе разрыдаться перед ними. Сэр Бобби Чарльтон подошел и сказал нам пару добрых слов. Отличный момент. Худшее воспоминание? Трудно выбрать одно... Полуфинал против «Эвертона» на «Уэмбли», полуфинал против «Портсмута», финал Кубка Англии против «Челси». Мы уничтожили «Арсенал» в финале Кубка Англии, но проиграли два финала Лиги Чемпионов «Барселоне», проиграли дома мюнхенской «Баварии»... Проигрывать всегда кошмарно... Честно говоря, не знаю, что приносит мне большее удовольствие — сама победа или облегчение от того, что я не проиграл. Именно последнее меня подстегивает больше всего. Поражение приносит кошмарные ощущения, убивая все внутри.

Что было обиднее: лишиться капитанской повязки или не попасть в состав сборной на Евро?

Dave Franks, via Twitter

Последнее. Если честно, то потеря статуса капитана была неминуемой из-за того, что я из-за травмы после ЧМ практически не играл. Я понимал, что капитан всегда должен быть готов к игре, а я не был. Но мне нравилось участвовать в соревнованиях, как бы они ни заканчивались. Если плохой результат вас не расстраивает, то вам пора заканчивать карьеру.

В интервью FFT в 2004 году вы сказали, что никогда бы не отвернулись от сборной Англии и дисквалификация на это никак не повлияла бы. Но дальнейшие события как-то повлияли на вас?

T Hammet, Egham

Ни капельки. Выступления за сборную дарят мне незабываемые ощущения и воспоминания. Помню свой путь к статусу игрока основной сборной и выступления за молодежки разных возрастов. Трепет, удовольствие от того, как я мог вернуться домой и при встрече с друзьями сказать: «Я буду играть за сборную Англии до 18 лет». Ещё круче было, когда мне сказали, что я в обойме, и на мой вопрос «В сборной до 21 года?» ответили: «Нет, в главной сборной». Когда я играю за сборную Англии, я пытаюсь отдавать всего себя так же, как и в первый раз.

Вы играли под руководством Ходдла, Кигана, Свена, Макларена и Капелло в сборной Англии. Работать с кем из них вам нравилось больше всего?

Mark Aitken, via Facebook

Ходдл был лучшим. Он помогал нам выходить на поле без капли страха. После увольнения Капелло ходили слухи о его возможном возвращении, но я так и не понял, почему этого не произошло. Серьезно, почему он не получил это работу? Он один из лучших футболистов и тренеров в стране. Он опережает своё время, имеет континентальное видение игры, стремление видеть, как игроки действуют на поле, выполняя его установки. И он всё равно не получил работу! Как это понимать? У меня это в голове не укладывается.

Вы гордитесь тем, что вы из Лондона. Как вы отнеслись к негативу по отношению к футболу, который распространился в городе после Олимпиады в Лондоне? Вы и ваши партнеры по команде заметили что-то подобное?

Jim Weston, via Facebook

Всё потому, что, хотя спортсмены в других видах и сумели добиться внушительных достижений, они далеки до получения такого же внимания изо дня в день, как мы. Футболисты всегда привлекают внимание публики. При этом о нас пишут не только тогда, когда мы что-то выигрываем или завоевываем, но и когда проигрываем и подводим всех. Увы и ах. Но видя заголовки, люди начинают относиться плохо ко всем футболистам сразу. Я уверен, что, будь я игроком в регби, хоккеистом или атлетом, при тех же результатах ко мне бы относились иначе. Думаю, что говорить, будто мы худшие из спортсменов не стоит. [FFT: Но люди непременно обращают внимание на зарплаты игроков...] И это странно, ведь никого не волнует Рори Макилрой, который зарабатывает баснословные деньги. А все потому, что он не футболист. А НБА. Игроки типа Луола Денга получают огромные суммы, но никто ничего не говорит. Мы не идеальны, и всё же. Не поймите меня неправильно, но мне кажется, что для многих тема зарплат является просто удобной отговоркой.

Хочу спросить вас о твиттере. Вы долго раздумываете перед тем, как сделать запись? Как Ферги к этому относится?

James Shelton, Bedford

Если бы босс мог, он бы закрыл его! Были ситуации, когда мне доставалось за то, что я выкладывал видеозаписи, которые мне казались смешными. Ну, бывает. К этому нужно привыкнуть. Мне нравится твиттер. Думаю, будь он у меня в детстве, я был бы в восторге от возможности пообщаться со своими футбольными кумирами. Поэтому я ценю его. Иногда я помогаю с твитами паре знакомых. Я всё же считаю, что необходимо быть честным в записях и избегать неприятностей.

Стоят ли рукопожатия перед матчем потраченного времени или это просто время на ветер?

Joe Wong, Dubai

Пустая трата времени. Не думаю, что они вообще нужны перед матчем. Мы все равно это делаем после игры, так в чем их смысл? Бессмыслица ради пиара, которая, по-моему, не работает.

Музыка и марка одежды, выступления на ТВ, продюсирование, выпуск журнала, ресторанное дело... Что дальше, Рио? Хотели бы вы стать актером, как Винни Джонс? Сол Кэмпбелл тоже хотел бы засветиться. Может быть, вы вдвоём могли бы сыграть пару бандитов в следующем фильме Гая Ричи?

James Wilson, Nottingham

Бандит? Вы недооцениваете мой потенциал. Мне бы хотелось чего-то эмоционального, чего-то из ряда вон. У меня слишком большой талант для бандита. Я хотел бы сыграть кого-то... Не знаю, может типа Лютера... А, может быть, им нужен новый Джеймс Бонд? Вот роли по мне. Не хочу выходить из своей зоны комфорта! [смеется]


Источник: FourFourTwo
Редактура: Хаял Эйвазов