pub

Ферги в гневе: начало карьеры сэра Алекса Фергюсона. Часть 2

В истории с переходом в «Сент-Миррен» не обошлось без Каннингема, который, покидая команду, порекомендовал им нанять Фергюсона. Большинство игроков были полупрофессиональными футболистами, но это не означало, что Фергюсон решил занизить для них требования. Когда он прибыл в расположение клуба, фотограф местной Paisley Daily Express сделал фото нового тренера. Но стоило номеру газеты с фото выйти в печать — казалось, что капитан команды Ян Рид поставил рожки Фергюсону. Он вызвал Рида в офис и уведомил о намерении выставить его на трансферный рынок. «Я ищу капитана, и им должен быть человек зрелый и ответственный. Ты же опустился до школьной выходки, и теперь можешь быть свободен».

Стандарты были установлены. Фергюсон требовал, чтобы игроки придерживались дисциплины и были привержены делу. Все нарушители заносились в его собственный «черный список» или вообще сразу продавались. Один игрок получил выговор за то, что отправился домой после выездного матча на своем автомобиле, а не на автобусе вместе с командой. Другой же заявил, что пропустил тренировку из-за того, что не хотел со своей девушкой пропускать поп-концерт, на что Фергюсон посоветовал ему оттуда не возвращаться. Полузащитник Билл Старк рассказал Баркли: «Он изучал каждого под микроскопом и контролировал каждую мелочь». Больше всего Фергюсона бесили лодыри и пьяницы. Однажды он заметил игрока, сидящего вразвалочку и попивающего кока-колу, взял у него бутылку и запустил ее в стену так, что оба оказались под дождем из стеклянных осколков. В другой ситуации Старк отвлекся во время игры в первом тайме матча, за что в перерыве от Ферги ему в голову прилетела бутса. Старк тогда продержался хотя бы до конца тайма, а вот на следующий раз Фергюсон заменил его после семи стартовых минут.

Последнее упомянутое решение было слишком поспешным даже для Фергюсона. Он сам признавал, что в молодости этим частенько грешил. Он принимал слишком поспешные решения, пытался изменить всё и сразу. «Я был импульсивен, помешан на своей работе и хотел знать все лучше других», — писал он в своей четвертой книге «Лидерство». Он мог быть и излишне самоуверен. В первом его сезоне у руля «Сент-Миррена» команда победила в восьми матчах кряду. После чего он поспешил заявить, что его команда больше не проиграет ни одного матча до конца сезона. А получилось так, что победила она лишь в одном из оставшихся пяти матчей и дважды проиграла, закончив сезон лишь на шестом месте.

И все же это самое шестое место стало решающим в судьбе клуба, потому что как раз после этого сезона было принято решение разделить вторую лигу, состоящую из двенадцати команд, на вторую и третью, отправив в каждую по шесть в соответствии с их местами в турнирной таблице. По результатам следующего сезона «Сент-Миррен» занял вновь шестое место.

Летом Фергюсон с командой отправились на Карибские острова, чтобы сыграть против сборных Барбадоса, Тринидада и Тобаго, Гайаны и Суринама. Во время матча он забавы ради одевался как игрок команды. Во время матча против Гайаны, готовящейся к квалификации на ЧМ, произошел достаточно комичный эпизод. Когда Фергюсон заметил, что центральный защитник соперника не переставая пинает юного форварда Роберта Торренса, он пожаловался рефери, но никакой реакции не последовало. Когда Торренса опять пнули, Фергюсон не выдержал. «Все. Хватит. Я выхожу. Этот говнюк сейчас свое получит». При следующей подаче случился «акт возмездия», и защитник свалился на газон. Потом Фергюсон еще раз пнул лежачего и ушел с поля, ведь его сразу же удалил рефери. Потом Фергюсон строго-настрого приказал своим игрокам не вспоминать об этом эпизоде. Ну, они-то как раз и молчали.

Во время работы в «Сент-Миррене» у Фергюсона было просто сумасшедшее расписание. Каждый день он оставался на «Лав-Стрит» (прозвище стадиона клуба «Сент-Миррен Парк») до 11 утра, потом до 14:30 забегал в паб, потом возвращался обратно, чтобы провести тренировку, а потом возвращался в паб и лишь после этого домой. Это было в те времена, когда шотландцу еще не было известно искусство делегирования полномочий. На «Лав-Стрит» он делал самостоятельно абсолютно все: начиная от покупки бытовой химии для уборки и заканчивая покупкой пирогов для предматчевого завтрака. Когда он заметил, что болельщики зачастили перескакивать через забор, он сделал ниже крышу турникета, чтобы и мышь не смогла проскочить. Как всегда, он убеждал игроков, что пресса их игнорирует и даже создал собственную газету под названием «Сент-Миррен». Ничто и никто не оставалось без его внимания. Старк рассказал Баркли: «Его присутствие было просто тотальным. Невозможно было избавиться от ощущения, что он постоянно за тобой следит — как в клубе, так и возле него».

Но больше всего Фергюсону не нравилось, как обстояли дела с болельщиками, чье количество «едва ли превышало по численности церковный хор». «Сент-Миррен» находился в Пейсли, городе, уступавшем размерами и финансовыми потугами соседнему Глазго. Местные жители предпочитали на выходных отправляться на матчи «Селтика» или «Рейнджерс». Фергюсон не мог избавиться от чувства некой неполноценности. Так что однажды он одолжил грузовик, попросил клубного электрика установить ему на крышу громкоговоритель и отправился разъезжать по городу, призывая людей активнее посещать «Лав-Стрит». И это сработало. Количество болельщиков на трибунах возросло с одной до двадцати тысяч. Активная поддержка болельщиков помогла команде поверить в свои силы. «Сент-Миррен» ворвался в элиту шотландского футбола в 1977-м году.

Это был первый серьезный успех Фергюсона в качестве тренера. Он заявил совету директоров, что ему теперь нужны игроки, чтобы создать команду, способную нарушить дуализм элитного дивизиона Шотландии. Но главной проблемой для него стала работа в двух местах одновременно. Нервы не выдерживали. В матче против «Клайдбанка» он гонялся за лайнсменом лишь для того, чтобы сообщить о том, что тренер соперника себе слишком многое позволяет. А в игре против «Мазервелла» он настолько довел рефери, что его лишили права общаться с судьей в день матча на следующие два года. Не сложилось у Фергюсона на «Лав-Стрит» и с некоторыми функционерами, среди которых был Уилли Тодд, председатель клуба. Хотя он и сумел сохранить «Сент-Миррен» в элите в четвертый год работы в клубе, его все равно уволили за нарушение условий контракта.

«Абердин» в то время был на кураже. В 1971 и 1972 годах команда занимала второе место в турнирной таблице второго дивизиона, но шокирующая близость вылета по результатам сезона в 1976 году подтолкнула клуб к решению нанять Алли Маклеода. Он помог команде занять третье место в турнирной таблице элитного дивизиона и завоевать Кубок Лиги. Эти достижения не остались незамеченными сборной, куда его пригласили в преддверии ЧМ-1978 . После его ухода «Абердин» пригласил Билли Макнилла, капитана «лиссабонских львов» (состава «Селтика», завоевавшего Кубок Чемпионов в 1967 году, обыграв «великолепный» «Интер» Эленио Эрреры). С Макниллом команда дошла до финала Кубка Шотландии. Совет директоров дважды набрел на золотую жилу. А дальше была цепочка назначений тренеров, чья работа повлияла на историю всего шотландского футбола.

Сначала сборная Шотландии уволила Маклеода, наняв вместо него Стейна. «Селтик» заменил Маклеода Макниллом, и «Абердин» в результате остался без тренера. Все сложилось идеально для Фергюсона. Но у многих были сомнения насчет его назначения: у него была репутация слишком юного (всего 36 лет) тренера с нестабильным стилем игры и напряженными отношениями с собственными подчинёнными, который влип в историю после своего удаления в том самом матче между «Данфермлином» и «Абердином». Не забылась и история о его судебных тяжбах с «Сент-Мирреном» (он обвинял клуб в неправомерном увольнении). Но совет директоров восхищался его работой с молодежью. Фергюсон же считал «Абердин» командой со здоровыми и мощными футболистами, а также мудрым руководством. Да и сам город Абердин ему нравился. «У меня было предчувствие, что там я добьюсь успеха».

К этому моменту Фергюсон работал в пабе под названием «Шоу», который в итоге был закрыт. Уставший от разнимания драк, синяков и порезов, он решил продать пабы. Это дало ему возможность работать по 14 часов на «Питтодри», стадионе команды, а по возвращении домой Фергюсон продолжал общаться со скаутами и игроками в телефонном режиме. Сидя в своей арендованной квартире в центре города, он поставил перед собой очень амбициозную задачу — покончить с двоевластием «Селтика» и «Рейнджерс» в шотландском футболе.

Миссия казалась практически невыполнимой. Клубы «Олд Фирм» на двоих завоевали тринадцать из 13 возможных трофеев за последние годы, оставляя другим командам мизерные шансы побороться за какие-никакие трофеи. У остальных команд был практически непреодолимый комплекс неполноценности, ярким примером которого стала ситуация, когда «Абердин» не смог обыграть «Рейнджерс» в финале Кубка Шотландии. Фергюсон понимал, что он обязан разбить этот ментальный барьер в головах игроков. Вскоре, чтобы подлить масла в огонь, он использовал программку к матчу. Грант писал, что в тот день Фергюсон произнес такую пламенную речь: «Есть одна вещь, которая бесила меня всю мою жизнь: “Рейнджерс” и “Селтик” всегда обязаны побеждать. Все крутится вокруг них, и все уверены, что никто и никогда не обыграет их. Я осматриваюсь по сторонам и понимаю, что вот он, ключ к успеху, прямо у меня под носом. Он заключается в тотальной вере каждого из вас в себя и свои силы».

Но перед тем, как завоевать любовь и поддержку болельщиков, ему необходимо было завоевать авторитет среди игроков. Многие все еще скучали по Маклеоду и Макниллу. Однако всех еще больше бесило то, что Фергюсон продолжал скупать своих игроков из «Сент-Миррена». Не особо быстрые защитники типа Кеннеди и Вилли Миллера не одобряли стремление Фергюсона сдвинуть линию обороны выше. Но еще хуже было то, что некоторые игроки ставили под сомнение тактические установки нового тренера. Нападающий команды Джо Харпер, имеющий высокую популярность среди болельщиков и откровенно не жаловавший тренировки, по словам самого Ферги, умудрился провалить предсезонный беговой тест, но в состав игроков, выставленных на массовую распродажу перед началом сезона, не попал и остался в основной обойме команды. Остальным несогласным повезло меньше: они были сосланы в резервную команду и играли неудобные, никому не нужные матчи посреди недели на подмёрзших газонах. Дом Салливан, также попавший в немилость Фергюсона, мог считать, что ему уже и так достаточно досталось: несколькими годами ранее после встречи с локтём Фергюсона он лишился двух передних зубов.

Со временем игроки осознали, что с Фергюсоном шутить не стоит. Хотя некоторые футболисты так и не начали испытывать к нему теплых чувств, ему удалось покорить самых влиятельных членов команды: Кеннеди, Миллера и опытного вратаря Бобби Кларка. Однако на перемену менталитета потребовалось время. В сентябре после ничейного результата против «Рейнджерс» (1-1) Фергюсон публично заявил, что доволен результатом, но за закрытыми дверями он просто бесновался. Он заявлял, что «Абердин» слишком низко защищался, тратил все время впустую и убил игру. Он хотел атаковать и побеждать даже на «Айброксе».

Его желание добиться того, чтобы команда досконально придерживалась инструкций, могло вылиться в серьезные проблемы для него и игроков, но в первый год работы в клубе проблем у Фергюсона хватало и без этого. Его семья все еще жила неподалеку от Глазго, да еще никак не заканчивалась эта тяжба с «Сент-Мирреном», высасывающая из него всю энергию. А потом еще и отец Фергюсона серьезно заболел. Когда в том же году Фергюсон все-таки проиграл свою тяжбу — «тот еще удар под дых» (именно такое сочетание использовал он в своих книгах, проводя параллели между двумя событиями) — его отцу стало еще хуже. В феврале «Абердин» пожаловал на «Лав-Стрит». Команда вела в счете 2-0 по ходу матча, ровно до того момента, пока рефери не решил удалить с поля сразу двух игроков команды — Миллера и вингера Айана Сканлона. «Сент-Миррен» сумел отыграться, играя против 9 футболистов соперника. Находясь под огромным напряжением, Фергюсон наорал на рефери, о чем тот потом сообщил в ФА Шотландии. Прошла пара минут, и его знакомый электрик из «Сент-Миррена» пригласил его в небольшую комнатушку, чтобы сообщить: его отец умер. Фергюсон писал: «Я был полностью сломлен». Похороны проходили в следующую среду в Глазго. Через некоторое время по дороге в Абердин Фергюсон съехал на обочину и заплакал.

Первый сезон Фергюсона в «Абердине» был настолько трудным, что он просто хотел, чтобы это поскорее закончилось. Команда закончила ту кампанию на четвертом месте, но выступления в кубках были более многообещающими. В четвертьфинале Кубка Шотландии команда обыграла «Селтик» в двух матчах. Фергюсону больше всего понравилось отношение команды на «Паркхеде», где их нисколечко не испугала горячая атмосфера стадиона. На поле то и дело прилетали банки из-под пива, а драки между игроками начались еще в туннеле. Для Фергюсона победа 2-1 стала доказательством того, что эта команда никого не боится и ей всё под силу.

Позже «Абердин» проиграл в полуфинальных матчах «Хибсу», но дошел до финала Кубка Лиги, где «Рейнджерс» получили шанс на реванш. «Абердин» вел в счете 1-0 за несколько минут до финального свистка, но Фергюсон начал делать что-то совершенно неожиданное для него — молиться. Один из ассистентов потом еще сказал ему: «Если бы ты не начал молиться, сынок, то мы бы победили». А спустя считанные секунды «Рейнджерс» сравняли счет.

Но настоящая драма началась в экстра-тайме. Огромного защитника «Абердина» Дуга Ругви удалили с поля за игру в ноги против Дерека Джонстона. Это помогло «Рейнджерс» победить в игре. Ругви заявлял, что не было никакого нарушения, поддержали его и все игроки «Абердина». Но «рейнджеры» уже обступили рефери. Дальше была критическая колонка Фергюсона в адрес Джонстона, которая появилась в местной газете. И все же никаких разбирательств не последовало. Что же произошло на самом деле — так и осталось тайной.

В любом случае Фергюсон закончил свой первый сезон без трофеев. У прессы нашлась куча претензий по этому поводу. Его все также недолюбливали некоторые игроки. Вызов на ковер к владельцу не заставил себя долго ждать.

Дик Дональд владел «Абердином» восемь лет, но связан с ним был еще в бытность игроком в 1920-х. Помимо клуба семидесятилетний председатель владел еще местными кинотеатрами, залами для бинго и танцев. Его отличительными чертами были старомодные ценности, костюм в полоску с иголочки и экономность. Фергюсон заявлял, что тот всегда носил один и тот же галстук, а когда у него рвался шнурок, то он не менял его, а завязывал края на узелок. Когда он заходил в помещение, он спрашивал, зачем включили свет, мол, не темно же.

А еще Фергюсон считал его одним из лучших владельцев клубов, с которым ему приходилось работать. За закрытыми дверьми он мог орать на тренера из-за неправильного подбора игроков или тактики, но на публике он всегда его поддерживал. Фергюсон писал: «Он и слова кривого ни сказал за моей спиной. Для меня это было в разы важнее, чем похвала или крепкие объятия». После матча Дональд сказал ему: «Я нанял тебя, чтобы ты выполнял свою работу. Мне плевать на слова прессы. Ты просто должен справляться со своей работой. Не мямли и не жалуйся. Будь мужиком».

И Фергюсон занялся делом, пытаясь выжать максимум из скромных ресурсов «Абердина». Материалы для анализа не поддавались редакции, да и записывались в ужасном качестве на VHS кассеты. Персонала так не хватало, что Тэдди Скотт, человек, отвечающий за экипировку, был также по совместительству тренером резервной команды. Если он не успевал на последний автобус, то был вынужден спать прямо на столе для снукера. На территории стадиона не было специального помещения для прессы, как и не было специализированных тренажеров. Так что Фергюсону приходилось выбирать между спортивной площадкой военной части, муниципальным стадионом, парковкой «Питтодри» и пляжем Абердина, где морозный ветерок с Северного моря охлаждал пыл игроков. Все физические упражнения сводились к пыткам в виде забегов на холмы и пробежек вдоль полей для гольфа. Фергюсон отмечал: «Это было старомодно. Но ничего лучше у меня не было».

В плане тактики Фергюсон стремился реализовывать свои амбиции в атаке. Во время его второго сезона у руля клуба «Абердин» прессинговал выше, отдавал пасы быстрее и взвинчивал темп. А в перерывах игроки регулярно слушали о том, что они должны бегать так, чтобы сопернику казалось, будто они вообще не устали. В декабре Фергюсон был близок к завоеванию своего первого трофея. Кубок Лиги тогда разыгрывался в первой половине сезона. «Донс» [прозвище игроков «Абердина»] за четыре игры до финала обыграли «Селтик» и «Рейнджерс». Весомое заявление о намерениях. Их следующие оппоненты «Данди Юнайтед» Маклина на своем пути так и не повстречали соперников из элиты. Но счет будто застыл на отметке 0-0, а потом игрок «Абердина» попал прямо в рамку ворот, от которой мяч угодил в грязь прямо у самой линии ворот. И команда сломалась... В ответном матче «Данди» победил со счетом 3-0.

Это был разрушительный удар. Третье поражение в финале подряд. Разочарованные болельщики «Абердина» начали побоище прямо на трибунах, из-за чего игра даже была на время приостановлена. Когда игроки «Данди» пошли за трофеем, болельщики «донс» бросали в них пустые банки из-под пива. Оставили они еще послание в виде граффити на стенах «Питтодри»: «Вам лучше никогда не подводить нас, “донс”».

Фергюсон не спал всю ночь. В какой-то момент он был готов капитулировать. Но все же отказался повиноваться судьбе. Он оделся, рано утром пошел на работу и попытался поднять командный дух. В книге «Свет на севере». он писал: «Я подчеркивал, что настало время двигаться дальше. И мне кажется, что именно этот период помог нам стать именно теми, кем мы являемся сейчас. Если вы посмотрите на статистику “Абердина”, то заметите, что команда очень редко проигрывала два раза подряд».

Та неделя становилась только хуже. В субботу, когда «Сент-Миррен» играл на «Питтодри», команду пришли поддержать всего пять тысяч человек. Поле было отвратительное. Фергюсон даже поделился с Дональдом своей надеждой на то, что игру вообще отменят. Дональд ответил: «Послушай, сынок, мы должны совладать с этой игрой. Ты не можешь так просто взять и уйти».

Фергюсон знал, что он был прав. В тот день «Абердин» победил со счетом 2-0. Тучи начали постепенно рассеиваться. Травма Харпера дала возможность Фергюсону использовать на его позиции новичка летней трансферной кампании Марка Макги. В паре со Стиви Арчибальдом они составили опаснейший атакующий тандем и помогали «Абердину» в борьбе за титул. Перед матчем с «Мортоном» погода была отвратительной, и все шло к отмене матча. Это могло помешать «Абердину», набравшему ход. Но Фергюсон и его штаб встали на рассвете в день игры, взяли лопаты и топорики, чтобы очистить с поля шесть дюймов выпавшего снега. Даже Дональд принимал участие. Игра состоялась, и «Абердин» победил со счетом 1-0. Давление на «Селтик» росло.

Впереди был решающий апрель. «Абердин» уступал «Селтику» семь очков. Учитывая тот факт, что победа тогда приносила всего два очка, разница казалась очень внушительной. А впереди их ждало еще два выезда на «Паркхед». Перспектива та еще, учитывая тот факт, что победа в матче Кубка Лиги являлась для них единственной выездной в сезоне. Оптимистично настроенный и уверенный в своей команде Фергюсон сказал своим игрокам, что в случае побед в обоих матчах против «Селтика» у команды есть все шансы приблизиться к лидеру на расстояние одного очка. В первом матче они победили со счетом 2-1. Второй же выезд журналисты окрестили «золотым».

Практически 60 тысяч человек заполнили стоячие трибуны стадиона. Самая известная называлась «джунгли», там находились наиболее активные и драчливые болельщики. Так много команд оступались на этом стадионе, и именно это вдохновляло Фергюсона. Во время разминки «Абердина» Ругви подошел к «джунглям» и начал имитировать удары головой в адрес болельщиков. Это была провокация чистой воды. Трибунам это не понравилось, и болельщики начали сыпать оскорблениями в адрес игрока. Но Ругви это было лишь по душе. Он подбадривал их: «Да, гаденыши, вот так».

Таким образом, он заявил, что у всех игроков «Абердина» поджилки трястись не будут. После этого, в любой ситуации, когда его подопечные начинали нервничать, Фергюсон показывал им видео с Ругви. В той игре «Абердин» победил со счетом 3-1. Босс отдельно одобрил тот факт, что Арчибальд и Стракан отпраздновали свои голы, сотрясая кулаками воздух прямо у «джунглей». Фергюсон потом писал: «Мы дали понять “Селтику”, что пришли побеждать».

Эта игра изменила расклад в гонке за титул. Игроки «Абердина» знали, что в случае победы над «Хибсом» в предпоследнем туре и потери очков «Селтиком» в игре против «Сент-Миррена» команда гарантирует себе титул. На кону были первый титул лиги с 1955 года и возможность впервые со времен триумфа «Килмарнока» 1965 года лишить клубы «Олд Фирм» титула. Нервное напряжение было невероятным. Из-за этого Стракан наведывался в туалет так часто, что некоторые начали думать, что он не здоров.

В тот день «Абердин» обыграл «Хибс» со счетом 5-0, а «Селтик» сыграл вничью 0-0. После финального свистка стадион взорвался. Фергюсон вылетел на поле с раскрытыми руками и заключал в свои пламенные объятия всех, кто попадался ему на пути.

Вечеринка длилась несколько дней. В какой-то момент Фергюсон пригласил людей к себе домой, и пара фанатов решила воспользоваться приглашением, заглянув к нему на пару стаканчиков в 3 часа ночи. А в следующую ночь ровно в два часа ему позвонили его же игроки. Будучи хорошо навеселе, они распевали песенки на вечеринке у Миллера. Фергюсон оценил то, насколько он и игроки стали близки, раз они отважились на такую выходку. Но это не избавило забияк от наказания. Он угрожал им штрафом и отстранением. А на следующий понедельник всех ждал изнуряющий забег по холмам — всех, кроме Миллера, вовремя получившего травму.


Источник: Time on the Ball; автор: Тор Хогстад
Редактура: Хаял Эйвазов


Часть 3 →