pub

Мог ли Дункан Эдвардс стать по-настоящему великим?..

О звезде «Манчестер Юнайтед», чья жизнь прервалась на пике в Мюнхенской авиакатастрофе, осталось множество вопросов, на которые не дать ответы...

Duncan Edwards

Непростая правда состоит в том, что всегда останутся вопросы, ответов на которые не существует. Помнили бы Дункана Эдвардса как короля футбола? Стали бы люди указывать на него и махать ему как Пеле, когда тот подошел к первому ряду трибуны на «Энфилде» в прошлое воскресенье? Действительно ли все считали бы его величайшим?

Никто из нас не может быть в этом уверен, и никто не знает, поднимал бы Эдвардс Кубок Жюля Риме вместо Бобби Мура в 1966 году, через восемь лет после кошмарных событий в Мюнхене. Существуют лишь небольшие фрагменты, чёрно-белые кадры, на которых можно видеть Эдвардса с мячом, и подавляющему большинству всегда придётся полагаться на достоверность отзывов тех, кто был непосредственным свидетелем этой природной силы. Сэр Бобби Чарльтон, например, не может скрыть трепета в своих собственных мемуарах, когда называет Эдвардса лучшим футболистом из тех, кого он когда-либо видел, и он не единственный очевидец. Их список весьма значителен, а дань его таланту кажется особенно яркой на этой неделе. В четверг исполнилось 60 лет со времени дебюта Эдвардса за Англию, когда он в возрасте 18 лет и 183 дня, расправив широкие мощные плечи, надев футболку сборной, играл с уверенностью молодого футболиста, в руках которого были ключи от всех дверей футбольной Вселенной.

Эдвардс вышел на поле ещё в 17 матчах за Англию, прежде чем его жизнь трагически прервалась в больнице, через 15 дней после того, как самолёт с игроками «Манчестер Юнайтед» разбился о взлётную полосу. Чарльтон, выживший в рейсе 609, выздоравливая среди родных на северо-востоке, услышал те самые четыре слова, которых больше всего боялся: его мать Сисси, положив руку ему на плечо, прошептала: «Большого Данка теперь нет».

Мы снова можем только догадываться, в скольких международных матчах он бы сыграл. Чарльтон ни о ком, кроме своего старого друга, не говорит с таким выражением и любовью. «У Дункана было всё,» - начал он речь в день 50-й годовщины Мюнхена. «Он обладал силой и характером, которые фонтанировали из него на поле. Я абсолютно точно уверен, что он доказал бы, что является величайшим футболистом, игру которого нам когда-либо довелось видеть. Поверьте, я знаю великих игроков: Пеле, Марадону, Беста, Лоу, Гривза, и моего любимого игрока из великих, Альфредо ди Стефано, - но я утверждаю, что Дункан был лучше во всех аспектах игры. Если бы вы спросили таких игроков, как Стэнли Мэтьюз и Том Финни, их ответ всегда был бы одним: они никогда не видели ничего подобного».

Кроме того, он был настоящим Волшебным мальчиком, первым игроком, показавшим на поле тот самый безграничный азарт, который потом привносили Джордж Бест, Пол Гаскойн, Райан Гиггз и Уэйн Руни. Изучая этот вопрос, я нашел один репортаж в газете от 1 апреля 1953 года, за несколько дней до дебюта Эдвардса в основной команде «Юнайтед». У меня сложилось впечатление, что журналисты того времени не склонны к экстравагантным прогнозам. Тем не менее, Джордж Фоллоуз, писавший для News Chronicle, кажется, опередил своё время:

«Манчестер Юнайтед, подобно создателю атомной бомбы, ждет, что случится что-то потрясающее. Той потрясающей, огромной футбольной мощью, которую они открыли, стал Дункан Эдвардс, которому на сегодняшний момент 16 с половиной лет. Что можно разглядеть в Эдвардсе? Итак, первая важная деталь – Эдвардс обладает весом 12 стоунов, и ростом 5 футов 10 дюймов. (76 кг и 177,8 см). Что даёт ему серьёзное преимущество в физическом плане. То, как Эдвардс контролирует мяч, ни на что не похоже, он храбр и решителен. Когда он перехватывает атаки соперников, они словно попадают в охотничий капкан. Его удар любой ногой таков, что едва ли Джек Роули – гордость «Олд Траффорд» – бьёт сильнее. И хотя никто не может предугадать, что случится, когда Эдвардс ворвётся в футбол Первого дивизиона, кое-что определённо можно утверждать – будет зрелищно».

Сейчас бы подобное заявление отвергли, посчитали уловкой, опустили бы занавес и подчеркнули необходимость быть осторожными, как Рой Ходжсон поступил в интересах Гарри Кейна. Возвращаясь в те времена, можно быстро понять, что в тех затаивших дыхание посланиях с Флит Стрит не было ничего сенсационного. Эдвардс вскоре показал себя готовым футболистом с выдающимися данными, способный выйти на любой позиции, хотя прежде всего он полузащитник.

Его первый выход за страну пришёлся на разгром Шотландии 7:2, когда Деннис Уилшоу стал первым в истории Англии футболистом, забившим четыре гола за матч, но Дункан все равно был близок к званию лучшего игрока встречи. Нэт Лофтхаус забил два года, но Эдвардс занял важное место во всех заголовках. Рассказывают, что шотландский нападающий Лори Рейлли повернулся к товарищу по команде Томми Дохерти во время первого тайма и воскликнул: «Где, чёрт возьми, его нашли? Боевые корабли на реке Клайд меньше него и не такие грозные!»

Эдвардс был самым молодым игроком в международных играх Англии в послевоенные год. Его рекорд продержался до дебюта Майкла Оуэна в 1998 году. Он обладал мощной аурой. Вскоре после того, как Дункан вернулся в Манчестер, противники «Юнайтед» стали жаловаться, что Мэтт Басби использовал игрока основы, а теперь и полностью оперившегося игрока сборной, в целях молодёжной команды.

Эдвардс стал великим футболистом не просто из-за тактики бульдозера, он для своих лет был замечательно сложён (рост чаще указывали в 6 футов, скорее всего Фоллоус упустил пару дюймов), и соперники того же возраста словно пытались столкнуть дуб, отбирая у него мяч.

«Мы играли в матчах, в которых он выигрывал сам», - говорит Чарльтон в «The Boy Wonders» Колин Малам. «Я особенно помню два матча против "Челси" в полуфиналах Молодёжного Кубка Англии. Мы победили 2:1 на их стадионе, 2:1 здесь на "Олд Траффорд", и он забил все четыре мяча. Говорю вам, это были нелёгкие матчи, потому что у "Челси" были хорошие игроки. Я помню, как подавал угловой и думал: "Я просто навешу, потому что знаю, что он примет мяч там". Конечно, Дуннкан забил победный гол, прострелив через десять человек – бам. Он был очень сильным. Если бы Дункан играл против нынешних мощных защитников, он бы просто их снёс».

Как сказал Басби: «Дункан никогда не был мальчиком, он был мужчиной даже когда мы подписали его в 16 лет».

Взгляд Басби светился – сначала от отцовской любви, потом от великой печали, - когда речь заходила о мальчике из Дадли. Ещё он скажет, что «чем серьезнее событие, тем больше оно ему нравится», и Эдвардс, конечно, оправдал свою репутацию, когда сборная Англии отправилась в Берлин сразиться с ФРГ, чемпионами мира, на Олимпийском стадионе в 1956 году. Тот гол стал шедевром, Эдвардс прошел на дриблинге через блок защитников, а потом разящим ударом направил мяч с 25 ярдов, установив победный счёт 3:1.

В тот раз похвалы произносил капитан, Билли Райт: «Имя Дункана Эдвардса было на устах каждого, кто видел этот матч. Он был феноменален. Существуют единицы игроков, способные противостоять тому, что он сегодня сотворил. Дункан бился как лев, атаковал при каждой возможности и увенчал всё это прекрасным голом. Ему всего 19, но он уже игрок мирового класса».

В Мюнхене, когда Эдвардс уже был в списке погибших среди семерых товарищей по команде, доктора, лечившие его, утверждали, что продержаться так долго – чудо. Травмы были несовместимы с жизнью: повреждены почки, коллапс лёгкого, перелом таза, множественные переломы правого бедра, переломы рёбер и множественные повреждения внутренних органов...

Известно, что он, будучи при смерти, спросил помощника тренера Джимми Мерфи, во сколько начало игры против «волков» в следующую субботу. Дункан Эдвардс отчаянно не хотел пропустить матч. Его состояние после аварии описали как «смертельные ранения», но последний вздох случился 15 дней спустя.

«Словно молодого колосса забрали из нашего мира», – написал Фрэнк Тейлор в The Day a Team Died.

Осталось много вопросов без ответов... Как выступала бы Англия на Чемпионате Мира в 1958 году с неудержимым Эдвардсом в центре поля? Был бы он в пантеоне величайших футболистов?

В любом случае, все рассказы об Эдвардсе сформировали нерушимую дань уважения.

«Когда я услышал, как Мухамед Али заявил миру, что он величайший, я улыбнулся», – однажды сказал Мерфи. «Величайшим среди всех был футболист, и имя его Дункан Эдвардс».


Источник: the Guardian