pub

Мадрид: моя история

Когда мне было 7 лет, со мной произошел эпизод, который врезался мне в память. Я помню его так четко, будто это было вчера. Он связан с моей семьей. От него на душе становится теплее.

Я тогда только начал серьезно играть в футбол. До этого я просто гонял мяч со своими друзьями на улицах Мадейры. Стоит отметить, что пустыми в это время они точно не были. У нас не было ворот или чего-либо похожего. Порой мы делали паузы только для того, чтобы дать машине проехать. Я был рад играть так каждый день, но мой отец, который был ответственен за спортивную амуницию клуба «Андоринья», уговаривал меня попробовать свои силы за их юношескую команду. Я знал, что он будет мною гордиться, так что я согласился.

В первый день на меня свалилась куча правил, которые были мне непонятны, но мне все равно понравилось. Я очень быстро привык к ежедневной работе и радости от побед. Мой папа, который тогда носил пышную бороду и никогда не снимал рабочие штаны, поддерживал меня с трибун на каждом матче. Но моим сестрам и матери футбол был абсолютно не интересен.

Каждый вечер за ужином мой отец пытался убедить их сходить на матч, чтобы посмотреть на мою игру. Можно сказать, что он стал моим первым агентом. Его первой фразой после возвращения домой с матчей была: «Криштиану забил гол!»

Они отвечали: «Отлично». Хотя им на самом деле было все равно, понимаете?

В следующий раз он сказал: «Криштиану забил два гола!»

Но особого воодушевления не последовало. Все, что они сказали: «О, это очень хорошо, Криш».

Что я мог с этим поделать? Я просто продолжал забивать.

Однажды мой отец пришел домой и сказал: «Криштиану забил сегодня три гола! Он был невероятен! Вы должны прийти и посмотреть на его игру!»

Но и на следующих матчах я видел, что лишь мой отец приходил поддержать меня. А потом однажды во время разминки я увидел на трибунах маму с сестрами. Я никогда не забуду этот момент. Они выглядели... Как бы сказать правильнее... Уютно. Они сидели прижавшись друг к другу. Они не кричали и не хлопали, а просто махали мне, будто я был на параде. Они выглядели так, будто впервые пришли на футбольный матч. Но они были там. И только это было важно.

Мне тогда стало так хорошо. Это было так важно для меня. Я был очень горд. В то время у нас почти не было денег, и живя на Мадейре мы перебивались чем могли. Я играл в любых бутсах, которые доставались мне от брата или кузенов. Но ребенку деньги не важны, а вот чувства и эмоции — очень даже. В тот день я пережил сильные эмоции. Я чувствовал себя защищённым и любимым. На португальском это можно назвать menino querido da familia.

Это воспоминание вызывает у меня ностальгию, ведь тот период длился так недолго. Футбол дал мне все в этой жизни, но также лишил меня возможности взрослеть дома и сделал это прежде, чем я смог осознать всю важность семьи. Когда мне было 11 лет, я переехал в столицу, где подступил в Академию «Спортинга». Это был самый трудный период в моей жизни.

Сейчас мне даже представить что-то подобное страшно. Моему сыну на данный момент 7 лет, и я даже не знаю, что бы я чувствовал, если бы через четыре года мне пришлось помочь ему собрать вещи и отправить его в Париж или Лондон. Это кажется невероятным. Те же чувства испытывали и мои родители.

Но для меня это была возможность следовать за своей мечтой. Они отпустили меня, и я уехал. Я плакал практически каждый день. Хотя я и остался в Португалии, меня не покидало чувство, что я переехал в другую страну. Из-за островного акцента мой португальский казался окружающим совершенно другим языком. Культура столицы была мне незнакома. Я никого не знал и чувствовал себя одиноким. Моя семья могла позволить себе приехать ко мне всего раз в четыре месяца. Так что я очень скучал по ним, и это причиняло мне боль.

Но футбол помогал мне не сдаваться. Я знал, что делал на поле то, что другим ребятишкам в Академии было не под силу. Помню, как впервые услышал, что кто-то из ребят сказал: «Ты видел, что он сделал? Он просто монстр».

И эти слова я начал слышать все чаще и даже из уст тренеров. Но потом некоторые начали отмечать: «Да, жаль, что он так мал».

И так оно и было. Я был очень щуплым и у меня не было мышечной массы. Поэтому в 11 лет я принял решение, что, несмотря на свою одаренность, я должен работать больше остальных. Я решил перестать играть и действовать как ребенок, а начать тренироваться так, чтобы стать лучшим в мире.

Я не знаю, откуда в моей голове взялись такие мысли. Эта идея будто всю жизнь жила во мне. Это подобно голоду, утолить который невозможно. После каждого поражения ощущение голода разрастается с новой силой. После каждой победы голод утихает, но лишь немного — будто ты съел какой-то бутерброд. Иначе все это объяснить я не могу.

Я начал сбегать из общежития по ночам, чтобы тренироваться в зале. Я становился быстрее и мощнее физически. А потом с моим появлением на поле люди, которые шепотом отмечали, что я слишком худощав, начали смотреть на меня как на предвестника апокалипсиса.

Когда мне было 15 лет, во время тренировок я любил оборачиваться и говорить своим партнерам по команде: «Однажды я буду лучшим в мире».

Они смеялись над столь смелыми заявлениями. Я еще даже не попал в первую команду «Спортинга», но я верил в то, что мне это под силу. Я верил в то, что именно так и будет.

Я начал играть на профессиональном уровне в 17 лет. Моя мама едва могла смотреть мои матчи из-за того, что начинала слишком сильно нервничать. Они приходила поддержать меня еще на старый стадион «Жозе Алваладе», но несколько раз она так разнервничалась, что ей становилось плохо и она уходила. Серьезно, просто брала и уходила. Доктор даже выписал ей успокоительные специально для того, чтобы она могла ходить на мои матчи.

Я ей говорил: «А помнишь: были времена, когда тебе мой футбол был вообще не важен?»

Я начал мечтать о чем-то большем. Я хотел играть за сборную Португалии и «Манчестер Юнайтед», потому что смотрел матчи Премьер-Лиги по телевизору все время. Меня заворожила скорость игры и песни, которые болельщики распевали на трибунах. Я проникся этой атмосферой. Когда я стал игроком «Манчестер Юнайтед», меня переполняла гордость. Думаю, что моя семья гордилась еще больше.

Изначально завоевание каждого трофея было для меня очень волнительным. Помню, что после победы в первом для меня турнире Лиги Чемпионов с «Манчестер Юнайтед» чувства буквально переполняли меня. Это же касается и первого Золотого мяча. Но мои мечты этим не ограничивались. Какой смысл мечтать о чем-то достижимом? Мне всегда нравился мадридский «Реал», и я хотел бросить себе новый вызов. Я хотел завоевать все возможные трофеи с мадридцами, побить всевозможные рекорды и стать легендой клуба.

За последние восемь лет мне удалось добиться нереальных успехов с «Реалом». Если честно, то с годами я стал по-другому принимать каждый следующий успех, особенно это касается двух последних лет. Когда речь заходит о «Реале», то каждый не завоёванный трофей считается провалом. Тут ожидают достижения только максимально возможного результата. И это моя работа.

Я — отец, и это дарит мне совершенно иные эмоции, описать словами которые я просто не могу. Именно благодаря детям, время, проведенное в Мадриде, является для меня особенным. Здесь я стал не только футболистом, но и отцом.

Я никогда не забуду особенный момент, который я смог разделить со своим сыном. От каждого воспоминания на душе становится теплее.

Он произошел на поле после завершения матча финала Лиги Чемпионов в Кардиффе. В ту ночь мы сотворили историю. После финального свистка я остался на поле. Меня переполняли ощущения того, что я только что сделал громкое заявление всему миру. А потом мой сын выбежал на поле, чтобы отпраздновать победу со мной. И будто по велению волшебной палочки все изменилось. Он бегал рядом с сыном Марсело, потом мы вместе держали кубок, а потом за руку прогулялись у бровки поля.

Пока я не стал отцом, я не мог осознать, какое это счастье. Меня переполняло одновременно столько разнообразных не поддающихся описанию эмоций. Я могу сравнить этот эпизод лишь с тем далеким, но таким важным воспоминанием с Мадейры, когда мои мама и сестры впервые пришли на стадион, чтобы поддержать меня.

Когда мы вернулись на «Сантьяго Бернабеу», чтобы продолжить свое празднование, мой сын играл в мяч с сыном Марсело на стадионе на глазах у сотен болельщиков. Это невозможно сравнить с теми условиями, в которых рос и начинал играть я. Но я надеюсь, что мой сын испытывал такие же ощущения, как я когда-то.

Я провел за «Реал» уже более 400 матчей, но все так же хочу побеждать в каждой следующей игре. Мне кажется, что я был рожден с желанием побеждать. Но мои ощущения и чувства после победы серьезно изменились. В моей жизни началась новая глава. На моих бутсах выгравировано особое сообщение. Это последнее, что я читаю перед тем, как надеваю их и следую к туннелю.

Это напоминание о ... мотивации. El sueño del niño.

Мечта ребенка.

Возможно, теперь вам стал понятен смысл этой фразы.

Но моя миссия всегда оставалась прежней. Я хочу и дальше бить рекорды, выступая за «Реал Мадрид». Я хочу выиграть максимально возможное количество титулов. Это моя вторая натура.

Но самое важное для меня сейчас в Мадриде и будет важным, когда я в 95 лет буду делиться воспоминаниями со своими внуками, воспоминание о том, как после завоевания трофея я гулял за руку со своим сыном.

Надеюсь, что мы еще повторим эту прогулку.


Источник и фото: These Football Times