Рой Кин. «Второй тайм». Глава 2. Часть 2

keane-book
Я забил гол, и мы оформили победу в матче с «Лестером».

Я уже не забивал так много голов, как раньше. Моя роль в команде изменилась. Мне приходилось чаще играть ближе к обороне. Думаю, что у менеджера и Карлуша Кейруша, его ассистента, появились сомнения по поводу моей дисциплины, так как мне всегда хотелось идти вперед. Но я чувствовал себя комфортно и в середине, сохраняя силы и используя опыт. Нашел свое место, и оно мне подходило. Я никогда не смог бы стать классическим опорным полузащитником, таким как Клод Макелеле. Да и он бы не подвинулся. Играя против «Лестера», я отказался от роли няни для центральных защитников. Рой Кин все еще мог идти вперед в подходящее время. Если я видел свободное пространство, то занимал его. В нужное время я забежал за защитников, и вратарь «Лестера» Ян Уолкер вышел из ворот. Пробежал мимо и закатил мяч.

В 2004, после Нового Года, мы были на вершине таблицы. Там, где и должны быть. Выиграли 15 матчей, проиграли три (против «Челси», «Саутгемптона», «Фулхэма») и одна ничья.

Некоторым новым игрокам потребовалось время на адаптацию. Мы подписали Клеберсона, но, как оказалось, сделка оказалась не очень удачной. У него случилась сложная травма. Он приехал со своей девушкой. Она была очень молода, но уже беременна. Клеберсону было слишком сложно ужиться здесь, выдать пару хороших выступлений, набрать форму. Эрик Джэмба-Джэмба — действительно хороший парень. Но ему также не удавались хорошие игры. Давид Беллион, приехавший из «Саутгемптона», тоже приятный человек, но мне казалось, что клуб заплатил слишком много за него. Когда я был молод, то видел, как Никки Батт и Пол Скоулз пришли в «Юнайтед». Потом видел, как ушли Дэвид Бекхэм и Яп Стам. Я смотрел на наших новичков и думал: «Нет, они точно не ответ на наши вопросы». Они только отдаленно напоминали того, кто нам действительно был нужен.

Но у нас всегда была хорошая раздевалка. Я помню, как зашел Диего Форлан и — такое нечасто с ним происходило — он был сильно уставший. Если игрок устает, мы стараемся подбодрить его, помочь ему. Несколько фраз на тренировке или во время игры, чтобы он не сильно расстраивался. Диего был честен с собой, поэтому вместо: «Не повезло, но получится в следующий раз» получалось: «Нет, бл**ь, так не пойдет. Ты можешь лучше!».

Мне интересно, что сейчас в раздевалке «Манчестер Юнайтед». Когда такой тренер как Алекс Фергюсон уходит, новому человеку без помощи и поддержки не обойтись. Но значит ли это, что каждому игроку обязательно должен нравиться новый менеджер или его помощники? Или его подход к тренировкам и все, что с этим связано? Нет. Я смотрю на игроков и хочу сказать, что им стоило бы играть получше. Возможно, кто-то будет утверждать, что мотивация — это работа менеджера. Но неприязнь к новому тренеру не значит, что ты не должен выходить на поле и показывать все, на что способен. Я считаю, что все произошедшее с Дэвидом Мойесом — это результат плохих отношений в раздевалке. У него была слабая раздевалка. Если кто-то из игроков на все 100% не стоит за своего тренера — это приводит к ослаблению всей команды. Могут быть личные столкновения в команде или упадки в форме отдельного игрока, может быть переполнен лазарет, что угодно может произойти с клубом, но это не значит ничего, ты все еще обязан выходить на поле и показывать, чего стоишь. Я не думаю, что все игроки «Юнайтед» поступали именно так. Конечно, не поступали, посмотрите, как глубоко они провалились в турнирной таблице. Я смотрел на их игру и повторял: «Ты же можешь лучше».

Когда Диего Форлан уходил, у него был шанс попрощаться. Обычно игроки просто уходят. Уезжают в другой клуб, в другую страну, но Диего пришел попрощаться.

— Я уезжаю, Рой, — сказал Диего и пожал мою руку.
— Куда ты уезжаешь?
— «Вильярреал».

В то время «Вильярреал» только начинал набирать обороты в Испании.

— Где этот «Вильярреал»?
— В 20 минутах от пляжа.

Мы посмеялись.

— Похоже твоя мечта осуществляется, Диего.

Диего ушел делать замечательную карьеру, чему я не удивился. У него просто не заладилось в «Юнайтед».

Я позвонил ему после того, как меня назначили тренером «Сандерленда». Он был в Испании.

— Диего, ты когда-нибудь думал над переходом в «Сандерленд»?
— Да-да-да. Но у меня прописана сумма отступных в контракте.
— Давай-ка, скажи, сколько?
— Двадцать восемь миллионов евро.
— Ладно, я тебе перезвоню.

Но я, естественно, не перезвонил.

На самом деле я не припомню, чтобы в раздевалке «Юнайтед» задерживался по-настоящему плохой человек, вечно опаздывающий, с плохим отношением ко всему. Вы можете спросить, делает ли опоздание человека плохим? Да, делает. В раздевалке, полной голодных до новых трофеев игроков. Если тренировка начинается в 10:30, а игрок приходит в 10:40, я могу сказать, что это опоздание. Если ты не успеваешь приехать, пообщаться с парнями, сходить на массаж, надеть форму и быть готовым к половине одиннадцатого — ты опоздал.

Я ожидал большего от Верона. Я восхищался им, когда он приехал в 2001. Он играл на моей позиции, но конкуренция была мне только на руку. Мне и клубу. Она позволяла мне спускаться с небес. Меня никогда не возмущало появление новых игроков, даже если они играли на одной со мной позиции. Но у него просто не получилось, пусть технически он был очень хорошим игроком. Может быть, условия английского футбола — необходимая форма, напряженные игры, погода — просто не подошли его стилю игры. Иногда просто хочется схватиться за голову.

Что касается зарубежных игроков — и сейчас я понимаю это намного лучше,чем когда был молодым игроком — для них многое зависело от культуры, погоды, окружения, то есть от того, к чему я был приучен с детства.

Что я имею ввиду под погодой?

У меня было несколько разговоров с Роналду и Микаэлем Сильвестром по поводу погоды. Они были примерно такие:
— Ребята, когда вы подписывали контракты, вы же, бл**ь, догадывались, что здесь довольно пасмурно, в Манчестере?
— Мы знали, но не думали, что все настолько плохо.

Когда мы знаем, что игрок получает 50 или 60 тысяч в неделю, нам не хватает терпения ждать, пока он приспособится к новым условиям. Если ему нравится пить капучино в полдесятого, сидя на балконе, как вдруг неожиданно становится темно и чертовски, бл**ь, холодно — это наверняка изменит человека. Я знаю, они мне говорили.

Фабьен Бартез и Лоран Блан любили покурить вместе во время перерывов. Они были французы, они курили. Если бы это была парочка ирландцев, я бы сказал им: «Ах вы ублюдки, проваливайте отсюда!».

Что было хорошо, когда я впервые приехал в «Юнайтед», так это то, что люди помогали мне. Все, от служащих до самих игроков. Помогало все, любой дружеский жест. Особенно приглашение на пинту пива. Не значит, что это было необходимо, но все же. Не знаю, что происходит с иностранными ребятами сейчас, но сложно переоценить подобную помощь в адаптации к новым условиям.

Мы потеряли Бекхэма. Было сложно видеть, как он покидает клуб, но я не могу сказать, что это было неожиданностью. Всё указывало на то, что это произойдёт. Считаю, что он ушел в правильный момент, именно тогда, когда стало ясно, что пути Бекса и менеджера должны были разойтись. Некоторые трансферы подходят игрокам, это был именно такой случай.

Было заметное напряжение между ним и тренером. Этот инцидент случился в предыдущем сезоне, на пятом туре кубка Англии, когда мы были биты «Арсеналом» дома со счетом 0:2. Фергюсон пнул бутсу, которая лежала напротив, и она, естественно, попала в глаз Бекхэму. Так Бекс перешел в «Реал». Этот трансфер никого не удивил. Это просто произошло. Игроки уходят по разным причинам, из-за разных обстоятельств. Я даже не помню, попрощался ли Бекс. Порой игра делает ужасные вещи. Яп Стам уехал. Он просто исчез. Забрал жену, детей, и все. Он не просто переехал в клуб на соседней улице, он переехал в другую страну. В такие времена я думаю: «Такова игра». Только потом это кажется странным. Но таков наш спектакль — это жизнь.

Я думаю, что у каждого игрока есть свой эгоистичный взгляд на подобные вещи. «Я должен следить за собой, пока игроки так приходят и так уходят». Бекс очень хорошо послужил клубу, и его не просто выставили за дверь. Все произошло по согласию всех сторон. Игрока, его бывшего клуба и его нового клуба. Как машина: игрок пришел — игрок ушел. Я осознавал: «Сейчас это может быть Бекс, но в следующую минуту это буду уже я».

Я был в раздевалке, когда Фергюсон пнул бутсу. Я считал это вполне забавным, но, конечно, не в тот день. Мы были сильно расстроены, что проиграли «Арсеналу» на «Олд Траффорд». Они выбили нас из Кубка, да еще перед нашими болельщиками. Появились слухи, что менеджер специально направил свой удар, но это же полная чушь. Менеджер пнул бутсу. Такое происходит каждую неделю, и то, что она попала в Бекса, чистая случайность. Тренер не может как-то хватать или бить игроков. И то, что это случилось именно с Бексом, сделало этот случай очень комичным. И, конечно, менеджер не хотел этого. Даже если вы попробуете так сделать миллион раз, у вас ничего не получится. Чистая случайность.

Но произошедшее не сильно мне понравилось. Особое внимание прессы, сенсационные репортажи. Все это никак не помогало клубу.

Помню, как после тренировки в раздевалку зашел клубный врач Майк Стоун и сказал Рио подняться в медицинский кабинет для теста. Люди из допинг-контроля должны были ждать его там. Они могли приехать в любую минуту.

Он забыл и просто ушел. Это выскочило из его головы, и он поплатился за это. Ему запретили играть восемь месяцев. Он не получил презумпцию невиновности, что мне показалось слишком жестоким. Почему бы им не взять тесты у него дома в тот же день? Вся система должна стать более гибкой. Но отказ от теста рассматривается как его провал.

Он страдал из-за этого, как и вся команда. Если бы я оказался на его месте, и врач сказал бы мне пойти и сдать тест, я бы пошел и сделал это. Это никогда не вылетело бы из моей головы. Это не обычная вещь, которую можно просто так забыть. Такие вещи не происходят каждый день. Но некоторые люди невероятно забывчивы.

Так как это «Манчестер Юнайтед», появился еще один большой скандал. Мне было очень интересно, почему они не поехали за Рио к нему домой. Но потом понял, что с точки зрения врача ожидается адекватное отношение от зрелого, взрослого мужика. Ты говоришь пойти и сделать допинг-тест, и ты ожидаешь, что так и будет. Такое не может произойти где-нибудь еще. Мы должны давать футболистам презумпцию невиновности: «Ох, они же футболисты, они живут в мыльном пузыре, они как будто немножко не отсюда». Но иногда надо быть пожестче: «Просто пойди, бл**ь, и сдай ты этот чертов тест».

Я не помню, чтобы меня или кого-то из футболистов это сильно раздражало. Но, безусловно, вся команда сильно пострадала. Я не думаю, что Рио провалил бы тот тест или что у него была какая-нибудь причина не явиться в кабинет врача. Он просто забыл. Мы все поплатились за его забывчивость. Он был очень хорошим игроком, и нам очень его не хватало, особенно в самых ответственных играх во второй половине сезона.

Я проходил подобные тесты много раз. Чаще всего они случались сразу после матчей и, кажется, пару раз забирали прямо с тренировок. Эти проверки — настоящая заноза в заднице, хотя я не относился к ним слишком враждебно. Я думал — люди просто выполняют свою работу. Если ты выигрываешь матч, то хочешь отпраздновать победу со своими одноклубниками, но когда проигрываешь — хочешь, чтобы тебя просто накормили. После игры обычно сильное обезвоживание. Помню, как меня проверяли после матча с Голландией на чемпионате мира 1994 года в Орландо, Флорида. Я просидел там около трех часов, и случилось это все как раз после того, как нас выбили из гонки. Уверен, что если бы мы победили, все произошло намного быстрее.

В первой половине сезона у нас была всего одна ничья, но во второй половине таких игр стало очень много. Мы сыграли вничью с «Ньюкаслом», «Лидсом», «Фулхэмом», «Арсеналом» и «Челси». Ничья в Премьер-Лиге — это, конечно, не конец света, но на такую команду как «Манчестер Юнайтед» подобные показатели оказывают только негативное воздействие. Есть хорошие ничейные результаты, например, против «Чесли» на выезде или против «Арсенала», но есть и плохие, такие как дома с «Ньюкаслом» или с «Фулхэмом» на выезде. С такими показателя титула не выиграешь. Мы победили «Болтон» и «Саутгемптон» и одержали замечательную победу против «Эвертона» на их поле. Луи Саа забил два мяча, столько, сколько и Руд. Один из этих голов стал сотым для Руда за «Юнайтед». Затем мы отправились к «Вулвз» и «Мидлсбро» и проиграли оба матча.

Скоулзи продолжал регулярно забивать. Он был топ, лучший игрок. Но мне никогда не нравился образ обычного мальчишки, который живет по соседству. Невероятно скромный мальчишка. У него есть какие-то претензии к себе. Мы все считали, что он живет в муниципальной квартире. «Класс '92» — все были хорошими игроками, но их роль в клубе была сильно преувеличена. Складывалось впечатление, что «Класс '92» идет своей дорогой. Они стали отдельным брендом. Они стали командой внутри команды. И они не стеснялись своего положения. Но цели у нас были одинаковые — мы были голодны.

Мы знали, что нам предстоит пройти через сложное испытание, не из-за каких либо весомых причин. Рио дисквалифицировали, Бекхэм уехал, менеджер судился с ирландскими акционерами за права на лошадь «Скала Гибралтара». По отдельности эти вещи не доставляли особых проблем, но если взять их вместе, они точно не помогали нам, только аккумулировали негативную энергию вокруг.

Спады — это не нормально, но они происходят со всеми клубами. Такое было и с «Барселоной» после поражения от «Реала» в Лиге Чемпионов. Люди начали поговаривать, что Гвардиола все делает неправильно. Очень трудно всегда оставаться на вершине. Игроки уходят, новые приходят и осваиваются. Или не осваиваются. Разница заключается в том, что к «Манчестер Юнайтед» всегда приковано особое внимание. Мы должны учиться справляться с этим. Это один из бонусов пребывания в Манчестере. На самом деле, быть игроком «Юнайтед» — это особое бремя. Так и есть на самом деле, без лишнего высокомерия.

Мы проиграли дома «Ливерпулю» — с ними всегда захватывающие игры. На выезде проиграли «Сити» 4-1. Раньше «Сити» были совершенно другими. У них не было таких денег, не было таких игроков. Я не играл в тот день. Я никогда не проигрывал «Манчестер Сити».

Несколько новых игроков приехало в зимнее трансферное окно. Луи Саа был хорошим игроком. Он отлично выступал за «Фулхэм» против «Манчестер Юнайтед». Так что менеджер видел, на что Луи способен. Он был хорошим парнем, но с кучей мелких травм. Я думал, что таков был его настрой — играть через боль. Он всегда тесно общался с нашими врачами и не давал им заскучать.

Я никогда не думал, что мы сможем проиграть столько матчей, сколько мы, бл**ь, проиграли. Но мне хватало ума понимать, что сейчас время перемен. Этот путь — всегда жесткий путь. Это был не «Норвич», который победил нас. Это были «Арсенал» и «Челси» — они стали последней каплей. Они появились на вершине еще до прихода Моуриньо.

Мы не сидели сложа руки, задаваясь вопросом: «Что же с нами стало?» Мы опять должны были встать на победный путь. Чувствовалось разочарование. Мы полностью разделили его с фанатами. Но мы знали, что победы близко. У нас был Роналду. На следующий год мы подписали Руни. Выдающиеся игроки. Мы смотрели на них и понимали — мы будем в порядке.

Футболисты умны. В раздевалке не было лишней шумихи. Не было «падения империи». Игроки понимали: новым ребятам надо адаптироваться. Роналду было всего семнадцать. «Дадим им время, и больше у нас не будет проблем».

«Арсенал» и «Челси» были на вершине. Но теперь они стали самой заметной целью, как и мы когда-то.

В Лиге чемпионов мы пробирались через групповую стадию. У нас была игра с «Рейнджерс», и мы сыграли превосходно. Я впервые играл на «Айброкс» (домашний стадион Глазго «Рейнджерс» – прим.). До этого я посещал его исключительно как болельщик, болельщик «Селтика». В ночь перед игрой мы тренировались на поле «Айброкс». Это была обычная тренировка с небольшой нагрузкой. Но как только мы вышли из автобуса, меня ждало милое приветствие: «Ты, фенианский ублюдок!» (Фениан — жаргонное слово, используется для оскорбления северо-ирландских католиков — прим.) Я, конечно, ожидал такое приветствие во время игры, но никак не за день до. Я не думаю, что это сказал швейцар стадиона, но определенно кто-то из служащих.

Мы выиграли 1-0. Фил Невилл забил гол. Это то, что я запомнил о том матче. Не то, что меня назвали «фенианским ублюдком», а то, что Фил Невилл забил гол. Он вообще нечасто забивал. Мы разгромили «Рейнджеров» на «Олд Траффорд». Диего Форлан провел отличный матч.

Мы возглавляли нашу группу с пятнадцатью очками и сыграли вничью с «Порту» в первом раунде плей-офф. Я заработал красную карточку в первом матче, в Порту. Мы вели 1-0. Отличился Квинтон Форчун – вратарь «Порту» Байа не смог удержать мяч в руках после штрафного от Пола Скоулза. Потом мы проигрывали 2-1. Бении МакКарти провел отличный матч и забил два великолепных гола. Мы выигрывали на выезде 0-1, потом стали проигрывать 2-1. Я начал сердиться. Я ударил их голкипера. Он вышел из ворот, и я позаботился о нем. Оставил свой отпечаток на его спине. Он крутился так, как будто его подстрелили. Все, что я могу сказать: мы проигрывали, и я очень расстроился. Меня всегда преследовала идея, что мы должны выигрывать каждый матч.

Я был растерян, расстроен. Но это позже, в раздевалке. Менеджер не кричал на меня в тот вечер. Он просто сказал: «Что за х**ня, Рой?» Я не помню, чтобы кто-нибудь из игроков косо смотрел на меня после моего удаления. Им и не надо было. Я достаточно занимался самобичеванием. Я знал, что подвел этих людей, подвел свою команду. Извинений было недостаточно. Хорошо, что никто из игроков мне ничего не сказал, иначе я бы сказал в ответ. Я принимал критику от тренера, но не от игроков. Я знаю, что расстроил их.

Следующую игру мне пришлось смотреть из директорской ложи. Это пытка. Судья отменил вполне законный гол Скоулза. Судья на линии показал офсайд. Мы должны были выигрывать уже 2-0. На последних минутах нам назначили штрафной из-за Фила Невилла, а Тим Ховард ошибся. Моуриньо прыгал от радости по кромке поля. Мы вылетели. Я ненавижу быть наблюдателем. Это ужасно. Результат, возможно, был бы другой, если бы играл я. Каждый игрок так думал. Ты чувствуешь, что можешь поменять игру.

«Порту» собирались выиграть Лигу Чемпионов в том году. В финале они встречались с «Монако», которые в полуфинале расправились с «Челси». Хотя «Челси» показал лучшую игру и должен был выигрывать.

Так у нас появились представления о Жозе Моуриньо. Это был его «Порту». Победа над «Манчестер Юнайтед» стала особенной. Я думаю, он понимал, что это переломный момент в его карьере. Не уверен, что мне понравилось бы играть с ним вместе. Моуриньо слишком много играл с прессой. Я, конечно, понимаю необходимость этого, но иногда в голове проскакивает: «Не стоит тебе включаться в эти игры разума сегодня». Если бы я до сих пор играл, думаю, мне бы понравилось работать с Пепом Гвардиолой. Мне нравятся его стиль футбола и поведение.

У нас был очень нелегкий путь до финала Кубка Англии. Всем по душе легкие домашние встречи, но я никогда не боялся жестких игр. Мы прошли через четыре команды Премьер-Лиги: «Астон Вилла», «Манчестер Сити», «Фулхэм» и в полуфинале «Арсенал». На «Вилла Парк» была удивительная атмосфера, потому что все знали, что полуфинал с «Арсеналом» на самом деле был финалом Кубка Англии. Мы выходили на игру с таким настроем. «Арсенал» знал это. Мы выиграли у них 1-0.

Есть определенные игры, в которых если ты не показываешь все, на что способен, ты проиграешь. Эта победа действительно важная ступень к настоящему финалу. Чувство, которое обязательно надо было испытать. Мы могли великолепно играть против «Арсенала» или «Челси», но все равно проиграть. Но теперь нам оставалось просто не сглупить, чтобы обыграть «Миллуолл».

Подготовка к этому матчу оказалась самой худшей в моей жизни. Я плохо себя чувствовал. Мы отправились в Кардифф за две ночи до матча. Финал кубка проводили на стадионе «Миллениум» – в то время «Уэмбли» был на реконструкции. Все наслаждались игрой на «Миллениум», на тот момент он был лучше старого «Уэмбли».

В четверг вечером мы пообедали в рыбном ресторане. Тогда я старался следить за своим здоровьем и заказал эскалоп. Сейчас я вообще не понимаю, зачем сделал это. Никогда не был любителем рыбы. Наверно, я подумал: «Что же, это здоровая пища, что-то морское, а я как раз рядом с морем». Я обвинял этот эскалоп, хотя на самом деле я и до этого не слишком хорошо себя чувствовал. Мне стало страшно от мысли, что могу пропустить игру. Я не имел права подводить команду, и знал, что если буду в состоянии хотя бы выйти на поле, то с моим опытом игра покажется легкой прогулкой.

Я совсем немного поел в пятницу и оставался голодным в день игры. Помню, говорил себе: «Это всего лишь "Миллуолл", с ними хватит и 10% моей подготовки».

Но я чувствовал себя ужасно.

За 10 минут до начала матча, сразу после разминки, почувствовал слабость. Я чуть не лишился своих кишок в туалете рядом с раздевалкой. После этого мне сильно полегчало. Я выпил энергетический напиток, думаю, это был «Люкозад» или «Ред Булл», и спокойно провел матч. У нас было огромное преимущество во владении мячом, так что мне не приходилось слишком много тратить энергии.

Одной из сильных сторон Фергюсона была способность чувствовать команду во время своей речи в раздевалке. Он всегда точно знал, что необходимо говорить. Он целую неделю настраивал нас на этот матч. Это было обычное дело. Но в отеле, с утра перед матчем, он говорил про игроков «Юнайтед», говорил про нас. Откуда мы приехали, какие национальности собрались. Фергюсон успел поговорить про каждого. Я тогда подумал: «Превосходно». Это то, что нам действительно было необходимо: чувство единства, чувство гордости. Возможно, здесь нет логики, но мы действительно так чувствовали. У меня всегда был свой взгляд на разговоры с командой. Я всегда думал: «Не знаю, откуда это пришло, но мне кажется, что это правильное чувство». И я уверен, что в то утро в Кардиффе преобладало чувство гордости, и оно было правильным чувством. Мы все играли в финале Кубка.

«Я из Мэйфилда, и я играю с Рудом ван Нистелроем. И все эти ребята. Роналду, например, из Португалии. Невероятно, что мы сегодня здесь все вместе».

Это никак не касалось «Миллуолла» или непосредственно самого Кубка Англии. Это было про нас, про команду. Фергюсон всегда знал, на что надо обратить внимание. Нам не нужны были разговоры о тактике в тот день. «Присматривайте за их полузащитниками, следите за нападением, внимательнее с Дэнисом Вайзом, иначе он легко отберет у вас мяч или ударит», — в тот день нам не нужно было это дерьмо.

Наш настрой был таким: «На**й "Миллуолл". Мы — "Манчестер Юнайтед", мы будем делать то, что хотим, все вместе, мы из разных стран, это замечательно, наши семьи здесь, и мы собираемся выиграть».

Это был единственный финал Кубка Англии, когда я точно знал, что мы выиграем. Это была уверенность, но не высокомерие. У нас были лучшие игроки и правильный настрой. Всю неделю газеты выдавали шокирующие матчи из прошлого: «Саутгемптон» против «Юнайтед» в 1976, победа «Сандерленда» в матче с «Лидсом» 73 года. Я точно знал, что с нами такого не произойдет. Мы были достаточно сильны.

Мы выиграли 3:0.

Перед вручением кубка и медалей вся команда переоделась в футболку Джимми Дэвиса с его 36 номером (Джеймс Дэвис выступал за «Юнайтед» с1999 по 2003 год. Утром 9 августа 2003 года погиб в автокатастрофе — прим.). Джимми был хорошим молодым игроком. Его отправили в аренду в Уотфорд. Он врезался в грузовик, примерно в 5 утра. Вся команда пришла на похороны. Это было очень, очень печальное событие.

Итак, мы закончили сезон только с Кубком Англии. «Арсенал» выиграл Премьер-Лигу. Это был их последний раз. Они начали терять своих ключевых игроков, и некоторые из них оказались незаменимы. Характер настолько же важен, как и мастерство.


Глава 1

Глава 2. Часть 1

Книги на carrick.ru