pub

Биография Рио Фердинанда: #2SIDES. О капитанстве

Это замечательно,
Мне не на что жаловаться.

Некоторые думают, что это всего лишь повязка, но быть капитаном действительно здорово. Ты выводишь своих партнеров на поле, и тебя переполняет гордость. Я любил эту обязанность  - выходить на поле в качестве капитана в составе «Манчестер Юнайтед» и сборной Англии, это требовало от меня высочайшей ответственности и воспринималось мной как привилегия. Я думал о великих игроках, которые удостаивались такой же чести до меня.

Мне всего лишь хотелось делать это немного чаще. Однако бывали случаи, когда я чувствовал себя крайне неловко.  В «Лидсе», в возрасте 22-х лет, мне было неудобно получить повязку от Дэвида О’Лири. Тренер поступил следующим образом: Лукас Радебе был капитаном команды, когда я только пришел в клуб; он пользовался бесконечным уважением и как игрок высочайшего класса, и как человек, его взаимоотношения с одноклубниками были тоже превосходными. Но он был чрезвычайно подвержен травмам. Я пробыл в команде всего пару месяцев, когда тренер неожиданно вызвал меня из кабинета физиотерапии. Мы стояли в коридоре вместе с Лукасом. О’Лири начал беседу словами: «Рио, эмм… Я собираюсь назначить тебя капитаном команды», тем самым взвалив на мои плечи подобную ношу прямо на глазах у Лукаса! Я растерялся и не знал, что на это ответить. Наш все еще действующий капитан повел себя крайне деликатно. Он улыбнулся и сказал: «Рио, ты настоящий мужчина. Тебе нужно взять на себя ответственность и повести команду за собой. Я хочу, чтобы капитаном стал именно ты». Я стоял, как пораженный и мямлил что-то вроде: «Прости… Я не хотел… Не ожидал, что так получится…» Мне было стыдно.

«Лидс» предоставлял специальное парковочное место для капитана, но я никак не хотел им пользоваться, потому что чувствовал, что это неправильно. Данный факт сразу же привлек внимание некоторых парней, которые стали подшучивать надо мной. Каждое утро, когда я приезжал на базу Ли Бойер, Гари Келли, Джонатан Вудгейт, Майкл Дюберри и Робби Кин уже ждали меня там с комментариями: «Ну что, делайте ваши ставки, дамы и господа! Воспользуется ли он этим местом сегодня? Припаркует ли он туда свою тачку? И вот он подъезжает все ближе… и ближе… и… проезжает мимо!» На обеде, если я становился первым в очереди за едой, ребята говорили: «Лукас, становись в конец! Ты теперь никто». Парни специально накаляли атмосферу. Но, тем не менее, это было забавно. Однажды Лукас подошел ко мне и сказал: «Рио, пожалуйста, используй это место для парковки. Я тебя очень прошу. Ты заслужил его. Теперь ты наш капитан». С тех пор я начал ставить автомобиль именно там.

Позже в моей карьере начали возникать ситуации, когда в сборной Англии или в «Манчестер Юнайтед» я рассчитывал на повязку, но ее не получал. Тем не менее, мне не на что жаловаться; у каждого футболиста бывают такие ситуации, когда он чувствует, что его недооценивают. Ни один игрок не имеет привилегии быть капитаном по умолчанию, и я всегда придерживался следующего мнения: пока я играю в основе и выигрываю трофеи, о чем мне роптать? Конечно, со сборной мы ничего особенного не выиграли, но быть капитаном своей страны – уже великая честь.  Я был крайне подавлен, когда мне представилась такая возможность на чемпионате мира в Южной Африке, а я получил травму прямо перед самым турниром; у меня было чувство, что повязку вырвали прямо из рук.

Мне было неприятно, когда Фабио Капелло устраивал мне проверку в самом начале своего срока у руля сборной. Я понимал, что его способ найти нужного игрока, кому он сможет доверить капитанство, кого-нибудь обязательно огорчит. Он дал мне, Стивену Джеррарду и Джону Терри возможность сыграть по одному матчу с капитанской повязкой, чтобы посмотреть, как мы справимся. В итоге Капелло выбрал Джона. Было бы куда лучше, если бы он просто подошел и сказал: «Он будет капитаном». Бах! И все. Или же он мог спросить мнение игроков или устроить анонимное голосование среди них. Мне непонятно, какие выводы он мог сделать из тех трех игр. Основной проблемой для меня является то, что тебя сначала обнадеживают, а затем разочаровывают. В футболе этот вопрос стоит крайне остро. Поэтому я был очень расстроен, но не подал абсолютно никакого вида, не хотел, чтобы это как-то повлияло на атмосферу внутри команды. Я старался мириться с подобными вещами.

В «Манчестер Юнайтед» были времена, когда я думал, что мог бы или должен был стать капитаном, но самый тяжелый случай произошел, когда я им являлся. В тот день мы выиграли лигу в последнем матче сезона с «Уиганом» в 2008 году. Я исполнял обязанности капитана весь сезон, так как Гари Невилл был травмирован долгое время. В той встрече мы победили со счетом 2-0 и всех переполняли эмоции. Сразу после игры, перед тем как выйти на награждение, в раздевалке тренер подошел ко мне и сказал: «Можешь ли ты… эммм… позволить Райану Гиггзу первым поднять кубок?» У меня все будто опустилось, и я подумал: «Ну как так… я же мечтал об этом с самого детства!» Безусловно, самое главное, что мы выиграли лигу. Но поднять над головой заслуженный трофей в качестве капитана – украсить изумительную композицию вишенкой на торте. Конечно же, я не стал этого говорить, произнеся лишь: «Да, без проблем. Все в порядке. Конечно. Пожалуйста. Не беспокойтесь». Мне очевидно, почему сэр Алекс так поступил. Гиггзи уже выигрывал этот кубок, наверное, миллиард раз. Кажется, это был его десятый титул. Поэтому тот момент был особенным для него. Но тогда я думал: «Твою мать, это всего лишь мой третий или четвертый раз. И сколько еще шансов у меня будет поднять этот трофей в качестве капитана?» (Как оказалось, ни одного).

Этот случай стал своеобразной ложкой дегтя в бочке меда. Возможно, сэр Алекс думал тогда: «Рио не так сильно нуждается в этом, потому что он пробудет в команде долгое время и выиграет еще немало трофеев». Но ты никогда не знаешь, что ждет тебя за углом. Весь следующий сезон, когда я видел в заставке от Sky, как Гиггз поднимает кубок , я думал: «У меня может и не быть больше такой возможности». Я продолжил носить повязку в течение следующих двух лет, пока Гари Невилл боролся с травмами. Но когда Гари повесил бутсы на гвоздь, я сам начал получать повреждения и лишился капитанства. Мой партнер Вида принял бразды и прекрасно справился с этой ролью.

Гиггз не сказал ни слова о том случае в Уигане. Лишь только в программе к моему прощальному матчу он сказал, что оценил мой поступок и выразил свою благодарность в том, что я предоставил ему возможность тогда поднять трофей первым. Я был доволен его словами, и это немного сгладило мое негодование. Так или иначе, мне особо не на что жаловаться; я первым поднял кубок Лиги Чемпионов в Москве несколько недель спустя и кубок победителей клубного чемпионата мира в следующем сезоне. Я никогда не был тем человеком, который досаждает своим одноклубникам; благоприятная атмосфера внутри команды намного важнее, чем твои личные переживания.