pub

Майкл Кокс. «Миксер: История тактики в Премьер-Лиге». Послесловие

Двадцать пятый сезон Английской Премьер-Лиги пришелся на самое важное политическое событие в истории Британии последних нескольких декад.

Июнь 2016-го, британский электорат проголосовал за выход из Европейского Союза. Это были не просто фоновые мероприятия — серьезные последствия касались в том числе и футбола на Островах. Вспышка прироста количества иностранных игроков в конце 90-х была связана с Правилом Босмана, которое постановило, что ограничения футбольные нарушают законы ЕС и требовались немедленные и значительные изменения. И теперь, когда Великобритания перестала быть частью ЕС, квоты могли ввести снова.

Понадобилось всего три месяца, чтобы представитель лейбористской партии Энди Бернем поднял этот вопрос. «Может ли Брексит означать, что английский футбол шагнет в сторону от европейских директив по поводу свободных переходов в спорте? — задал он вопрос. — Можем ли мы рассматривать вариант с квотами на доморощенных игроков, чтобы Премьер-Лига не превратилась в игровую площадку для лучших футболистов мира, при этом взращивая собственных и английских игроков в домашнем чемпионате? Думаю, это тема для серьезных дебатов... Вопрос такой: можно ли убить двух зайцев одним выстрелом — быть лучшей в мире лигой и самой успешной национальной командой?»

Скрытый смысл заявления Бернема заключен в следующем: улучшает ли Премьер-Лигу присутствие такого количества зарубежных игроков? «Игровая площадка для лучших футболистов мира». Эта фраза прозвучала негативно, но именно она была подходящей для предсезонной рекламы на Sky, созданной в стиле «старой школы».

Из всевозможных лиц, фигурирующих в истории тактической эволюции Премьер-Лиги можно выделить только двух истинно британских революционеров: Рио Фердинанда и Брендана Роджерса. Первый изменил представление о центральных защитниках, а второй облагородил позиционный футбол за время работы в «Суонси». При этом, Кевин Киган твердил Фердинанду, что тот бы блистал на международной арене, если бы родился «французом, бразильцем или голландцем», а Роджерс не уставал подчеркивать свою любовь к испанскому и голландскому футболу. Эволюция Премьер-Лиги практически полностью основывалась на влиянии извне.

Другое не менее значимое событие лета 2016 года было чисто футбольное: Чемпионат Европы. Турнир проходил во Франции, а восприняли его удручающим: всего парочка интересных матчей и практически никаких запоминающихся моментов. Проблемой стала нехватка тактического разнообразия, поэтому показательно, что двумя главными персонажами турнира стали именно те команды, чья тактика была неординарной. Португалия играла в ромб полузащиты без номинального центрфорварда, а полуфиналисты из Уэльса использовали схему 3-4-2-1. В остальном все было слишком однородно. Журнал When Saturday Comes провел пост-турнирный опрос среди читателей, две трети опрошенных сказали, что «много игр были похожими». Это изобличающее обвинительное заключение международного турнира, который должен был стать праздником многокультурного подхода к футболу. Предполагалось, что это будет техничная Испания, дисциплинированная Италия, эффективная Германия, тактически неадекватная Англия. Вместо этого, все играли крайне однообразно.

Но сезон Премьер-Лиги 2016/17 стал самым стилистически разносторонним в истории. На одном этапе, в начале февраля, первая девятка турнирной таблица управлялась девятью тренерами разных национальностей: Италия, Аргентина, Испания, Франция, Германия, Португалия, Нидерланды, Уэльс и Хорватия. В той или иной степени, все эти тренеры прибегали к традиционному футболу своих стран. С точки зрения стиля футбола, Английская Премьер-Лига была не хуже, а может быть даже более разнообразной, чем Чемпионат Европы. Очевидным отсутствующим звеном была, конечно же, Англия.

Но в Премьер-Лиге сохраняется английская подлинность. Пепа Гвардиолу шокировало особое внимание к подборам. Это чисто английский феномен, но с таким малым количеством игроков и тренеров с острова непонятно, почему это сохранилось. Футболисты не играют сами в таком стиле, а тренеры такое не поощряют.

Все дело в окружении, а не в футбольном персонале. Близится цифра в 10 000 матчей, все были сыграны в Англии или Уэльсе. Это знаменательно, потому что Британия обеспечивает определенные важные характеристики, которые влияют на футбол. Самое очевидное — климат. На островах значительно холоднее, чем в остальных топ-лигах Европы, что благоприятствует более высоким скоростям в игре. И хотя за последние пару десятков лет прогресс налицо, влажная погода Англии и Уэльса означает, что поле болотистое, а мячи верховые — логичная следственная связь.

Английские рефери более снисходительны к фолам, нежели европейские: в Италии, если судья разрешает играть грубо и применять жесткие отборы, то его нарекают «очень английским» судьей. Это, конечно, означает, что способным игрокам будет сложнее демонстрировать свою магию в Англии, а устаревшие типы защитников смогут преуспеть, благодаря своей силе.

Более важно, что болельщики в Англии продолжают представлять личность английского футбола, празднуя вещи, совершенно неинтересные зрителям с континента. Никто так не ликует при назначении углового, как англичане, потому что это возможность загрузить мяч прямо в центр штрафной. По стадионам разносится рев из-за опаснейших срубающих подкатов, а переводу мяча длинным пасом верхом всегда сопутствует шквал аплодисментов. Этого никогда не повторится при точных разрезающих пасах, хотя они намного важнее в современном мире. Стадионы Англии задают хороший «традиционный» тон, пока зарубежные коллеги часто отмечают, что это отвлекает и создает очень агрессивную атмосферу.

Но многие из этих факторов могут стать менее релевантными, потому что в следующие 25 лет матчи Премьер-Лиги, возможно, станут проводиться за рубежом. С 1992-го года футбол вырос от сражений за телепоказы с аудиториями других популярных видов спорта в Британии до борьбы за глобальную футбольную аудиторию и спортивную аудиторию вообще. Две главных мировых лиги сейчас — Премьер-Лига и НФЛ — растут с фантастической скорости по противоположным берегам Атлантики.

НФЛ уже проводила матчи на выезде: в Лондоне, на «Уэмбли». А вот Премьер-Лига не путешествовала, хотя спортбары в Нью-Йорке и других крупнейших городах США укомплектованы фанатами АПЛ. В США — и во всем мире — огромный рынок, в чем Премьер-Лига заинтересована. Существует идея «тридцать девятого матча» — дополнительного в сезоне для каждого клуба, и этот матч должен быть сыгран за рубежом. Конечно, она разрушает концепцию проведения домашне-выездных очных встреч с каждым из соперников по лиге. Кажется неизбежным, что каждый клуб сыграет «домашнюю» игру за границей, и со временем это стоановится всё более реальным. С такими заграничными матчами Премьер-Лига может потерять ту самую «английскость». Климат безвозвратно изменится. Стадионы станут другими, возможно, болельщиков разместят дальше от поля. Цифры посещаемости, может, и вырастут, но однозначно упадет сплоченность и мелодичность — уже не будет того, что принято в традиционной Англии.

Но это будет простым следующим шагом в процессе, который определяет Премьер-Лигу — интернационализм. Тем не менее, роль АПЛ в продвижении Великобритании нельзя недооценивать. В 2015-м году проводился опрос, по результатам которого семь стран и одна территориальная единица назвали Премьер-Лигу самым известным брендом Англии — Нигерия, Катар, Индия, Китай, Таиланд, Индонезия, США и Гонконг. Премьер-Лига опередила BBC, британские университеты, монархию и даже британскую музыку. «Восемьдесят четыре процента опрошенных по всем рынкам указали, что АПЛ вызывает положительные ассоциации с Британией, — гласит отчет. — Более того, не обязательно любить Великобританию, чтобы быть фанатом Премьер-Лиги: хорошее отношение к Премьер-Лиге не зависит от взглядов и мыслей людей по поводу государства... наше исследование показывает, что многие эффективные рекламные средства Великобритании, направленные на геобрендинг — современные, успешные, волнующие, открытые, содержательные — и Премьер-Лига из них самая сильная».

Это знаменательно в свете предложения Бернема — чья кампания была направлена против Брексита, — что в Англии стоит все-таки задуматься над введением квот на игроков. Учитывая, что Великобритания планирует изолироваться, а Премьер-Лига — лучшая реклама страны. Восстановление квот на иностранных игроков стало бы крайне значительным решением, которое затронуло бы вещи куда более глубокие, чем футбол. Английский продукт — Премьер-Лига — давно уже не английский, а турнир только проводится в Англии. Подобным образом по улицам городов разбросаны рестораны мировой кухни, а традиционные английские пабы редко попадаются на туристических маршрутах — футбол «старой школы Англии» тоже отодвинули в низшие лиги.

Английская топ-лига собирает экзотические ингредиенты из разных стран мира и стала самым разнообразным, захватывающим и непредсказуемым футбольным праздником в мире.

Премьер-лига — это, конечно, мешанина.

Майкл Кокс. «Миксер: История тактики в Премьер-Лиге»



Все книги на carrick.ru